В сумерках над старым кладбищем небо усеяно густыми тучами. Казалось, ночь прильнула к земле. Дима шепнул подельнице о своем плане на побогачевской неделе, и Маша сглотнула ком в горле. Уютное ужинанье со стаканчиком белого ждало их за дубовой заколоченной дверью, где тени привидений нежились под луной....
При этом он лишь каким-то чудом не сокрушил любимую картину покойного профессора Серебрякова, на которой были изображены войска Наполеона, бегущие из Москвы.
– Что это вы так разбушевались? – выбежала из столовой Анна Константиновна.
– Я первобытный человек! Я первобытный человек! – прыгал по передней Дима. – И я хочу на ужин большой бифштекс и молока, бочонков десять дюжин!"
"– Ты же, Димочка, молоко не пьешь, – тут же вставила Маша.
– Отстань. Молоко у меня для рифмы, – отмахнулся брат.
– Не очень грамотно, но впечатляет, – усмехнулась Анна Константиновна.
– Когда человек такой голодный, он не может быть грамотным, – немедленно возразил внук.
– Если так, идите на кухню и там поешьте, – понизила голос бабушка. – Ко мне тут пришла Надежда Денисовна, – кивнула она на закрытую дверь столовой.
– Надежда Денисовна? – радостно закричал Дима, которого почему-то охватило буйное веселье.
– А мы только что на празднике Ивана Степановича видели! С Лениным! Сталиным! И какой-то теткой, которая их обнимала! Эту монументальную композицию даже иностранцы снимали на видеокамеру!
– Господи! Что ты несешь? – схватилась за голову бабушка.
– Анна Константиновна! Миленькая! – с громкими рыданиями вылетела из столовой Надежда Денисовна. – Говорила ж я вам! А вы мне не верили!
– Успокойтесь, Надежда Денисовна, – Анна Константиновна обняла ее за плечи.
– А что, собственно говоря, случилось? – проявил интерес Дима.
– Ничего страшного, – увлекая Надежду Денисов ну в столовую, торопливо проговорила бабушка.
– А ну, погоди! – резко вернулась назад Денисовна. – Где ты там Ваню моего видел? И с кем? – буравила она взглядом Диму.
– На празднике «Московского комсомольца». В Лужниках, – радостно сообщил тот. – Там куча вождей стояла. Ну, Ленин там, Сталин.
– И Брежнев, – подхватила Маша.
– Ты за дурочку-то меня не считай! – вдруг разозлилась Надежда Денисовна.
Дима с беспомощным видом взглянул на бабушку.
– Объясни вразумительно, с кем стоял Иван Степанович, – постаралась, как можно спокойней проговорить Анна Константиновна.
– Там были люди-двойники, – пришла на помощь брату Маша. – Ну, которые похожи на наших бывших вождей. С ними за деньги можно было сфотографироваться.
– А Ваня мой, чей двойник? – допытывалась Надежда Денисовна.
– Ничей, – пожал плечами Дима. – Он просто так с ними стоял.
– А что за тетка? – не отставала Надежда Денисовна.
