В грезах Унтер-ден-Линден ждут только тайны. Проснувшись среди ночи с собою что-то хорошее — письмо от доброго друга, посылку с цветами или простой заблудшего путника — мирные спали Софи и малаец Андре, горничная Кристина давно ушла домой, а кухарка фрау Кремер лишь взяла нынче вых. Этот дом — настоящий кладезь тайн и загадок, где каждое стекло витража прячет свою историю....
И излишне тесное знакомство с господином Вальцем мне припомнят, непременно припомнят!
Лишь одно успокаивало: всех этих людей на пароходе я не увижу, скорее всего, больше никогда. И сами имена месье и мадам Дюбуа, даст Бог, скоро останутся в прошлом…
Так что ж, пускай думают обо мне что хотят? Мы случайные, вынужденные попутчики и, едва ступим на сушу, все случившееся на «Ундине» останется на «Ундине».
И я решила Еве подыграть.
– Эти вопросы хотел задать не столько Вальц, сколько я сама… – склоняя голову, признала я.
Ева хмыкнула:
– Жанна и это вам сказала? Много ж она выпила.
– Так у мадам Гроссо действительно была дочь? Признаться, я не знала, верить ли…
– Была, – вкрадчиво кивнула Ева. – А Жанна изводила себя навязчивой идеей найти ее. Девице сейчас должно быть восемнадцать или девятнадцать.
– Но Жанна так не считала. Отчего же вы уверены?
– Потому что иначе бы девочка давно нашлась, – доходчиво объяснила Ева. – Ведь Жанна и детективов нанимала – и в Париже, и в Лондоне, и в Нью-Йорке. Ни-че-го!
Я задумалась. Ежели верить словам мадам Гроссо, ее дочь отобрали у нее, чтобы воспитать как русскую аристократку – под фамилией ее отца. Я пока что не знала этой фамилии и даже имени девочки – но Жанна-то знала! В таком случае, найти дочь для нее и правда бы не составило сложности, будь та девочка жива.
И еще я зацепилась за другое:
– Видимо, мадам Гроссо располагала достаточными средствами, чтобы нанять лучших детективов – да еще и в Нью-Йорке. Выходит, она действительно получила большое наследство от первого мужа?
– Действительно. Хотя порядочную его часть прогуляла и прокутила, растратила на альфонсов и последующих своих мужей – тоже в общем-то альфонсов.
– Но ведь оставшаяся сумма это все еще большой улов, не так ли?
Ева, не задумываясь, кивнула:
– Пожалуй. Так Вальц думает, Жанну убили из-за ее денег?
– Понятия не имею, что думает Вальц… – честно призналась я. Спросила снова: – Ева, вы ведь секретарь Жанны, занимались всеми ее делами.
