Автор
В медкабинете после непростого боя Тай ощущает себя почти готовым к новому противостоянию. Его папа, всегда беспощадный и жестокий, внезапно выходит из укрытия, неся с собой шокирующие новости и тайны о будущем его жизни.
Но это моя логика, мужская, а у девчонок все обходными путями и обычно не туда.
Я даже повел себя хорошо. Заглянул в душевую исключительно, чтобы убедиться в том, что там Юлька, а то оставил бы интимное послание и бегало бы потом за мной непонятно что. А я не хочу больше такого. Дайте мне Юльку, и я буду счастлив.
Задница у меня уже отмерзла тут сидеть. Встаю, топчусь у подъезда. Не выйдет, наверное. Наверняка подумала, что смазливый чудит.
В подъезде хлопает дверь. Замираю, слушая шаги.
— Зайди, я после душа, — шепчет выглянувшая на улицу Юлька.
Какая чистоплотная у меня девочка. После тренировки в душ, дома снова в душ. Муррр…
Самсонова нырнула в квартиру. Машет мне из прихожей. Торопливо захожу в ее очень маленькое жилье. Офигеть. У меня комната больше, чем тут вся площадь вместе с сортиром.
— Иди сюда, упрямый, — зовет из кухни.
Разуваюсь, прохожу и привычно растекаюсь желейкой. Колени перестают слушаться, мозг невнятной субстанцией барахтается в черепной коробке, а сердце шарашит все сто сорок ударов в минуту.
Юлька очень нежная сейчас и так искренне улыбается. Я попал туда, куда нужно. Ура! Чертова броня Самсоновой дрогнула.
— Все рассмотрел? — улыбается, пряча от меня румянец на щеках.
Такая девочка. Вот совсем девочка — девочка как раз на свои восемнадцать. Вау!
— Только бабочку.
Скептически на меня смотрит.
— Клянусь. Я заходил не с целью посмотреть на тебя голую. Мне же не четырнадцать.
— Оу! А что, в четырнадцать ты подсматривал за девочками в душе? — подначивает она.
— Не-е-е, — морщусь. — Я тогда у отца журналы тырил. Там были девочки поинтереснее. А потом в сети их нашел, когда огреб от него за это дело.
— Капец, — смеется Самсонова.
— А чем ты увлекалась в четырнадцать? — решаю воспользоваться моментом и узнать о ней немного больше.
— Спортом, — пожимает плечами."
"— Это не считается, — качаю головой. — Спорт для нас профессия. Ну, давай же, Юлька. Смелее. Все равно никому не скажу. Я жадный до чертиков.
Она отворачивается к окну, все также удерживая бабочку на своих тонких пальцах. Делаю несколько шагов к ней, оказываясь за спиной. Как голодный зверь, затягиваюсь ее запахом.
