Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
С плеч поверх кафтана спадает ярко-красное, как кровь, корзно. Кологор сурово поглядывает по сторонам, взгляд то и дело упирается в башню мага, что стоит поодаль.
Рядом восседает Аграфена. Праздничный наряд на княгине украшен жемчугом, на груди ожерелье из золота и янтаря, похожего на застывшие кусочки солнца.
За спиной Кологора, как гора, высится могучего телосложения воин. На выбритой голове устрашающе висит длинный чуб. Кольчуга из крупных колец поблёскивает на солнце. На поясе массивный боевой топор с узким лезвием.
Воин повернулся, посмотрел на Таргитая. Их взоры встретились. Гигант пару мгновений буравил его взглядом тёмных, как кора старого дуба, глаз. На костистом лице с выпирающей нижней челюстью невр прочел глубокую неприязнь.
За открытыми воротами детинца пестрит лотками ярмарка, в глазах рябит от людей в нарядной одежде.
Ветер донёс запах жареной рыбы, пирожков с мясом и капустой, кислой браги."
"Засмотревшись в небо, певец вдруг увидел скачущего белоснежного единорога.
Кодлан толкнул его в бок, и видение рассыпалось, превратившись в обыкновенные, похожие на взбитые подушки облака.
Кологор поднялся с массивного трона. Широкий в кости, с грозным взглядом. Он вскинул руки, привлекая внимание.
Бояре и простолюдины во дворе стихли, замерли в ожидании.
– Жители княжества Родон! – проговорил князь громко. – Сегодня у нас торжественный день!
Кологор посмотрел на сидящую рядом жену, затем на окна каменного детинца на третьем поверхе.
– Праздник в честь помолвки моей дочери Ладомиры, – продолжил он. – Отдаю её за витязя по имени Таргитай! Он многократно доказал свою силу и доблесть! Этот варвар… эээ… герой станет достойным мужем для княжны! Он укрепит силу нашего княжества, которая и так… гм… немалая!
У Тарха от изумления открылся рот, да так широко, что туда запросто бы влетела ворона.
Кологор повернулся, палец с перстнем указал на дударя. Однако улыбался князь одними лишь глазами, лицо его оставалось суровым. На лбу собрались змеи морщин.
Все взоры обратились на невра. Глаза бояр и дружинников широко раскрылись от удивления.
– Любить и жаловать моего будущего зятя! – проговорил Кологор повелительно. – Свадьба через три дня!
Толпа взорвалась радостными криками.
