Я шла по коридору школы, казалось, весь мир замер перед ней. Он выглядел больше обычного, словно кто-то невидимый расширил пространство и время вокруг. Но никто не стал бы так манипулировать реальностью в таких условиях — только больные и учителя, привыкшие к тому, что здесь все может быть не так, как кажется. В лазарете я провалялась целый месяц, забыв о прошлом мире, словно там время сжалось до мгновений....
Я замерла от неожиданности. Меня давно уже никто не обнимал так – тепло и по-родственному. С тех самых пор, как когда умерла моя мама, которая, как выяснилось, и не мама вовсе. Ждать нежности от Гресильды было бы глупо, а больше у меня никого и не было…
Об объятиях ректора и тут и вспоминать неуместно, это другое.
– Все будет хорошо, – пообещал Рилан.
Я прижалась щекой к широкому плечу и на мгновение мне показалось, что и правда все ещё может закончиться хорошо. А в следующее мгновение дверь распахнулась и в комнату Рилана влетела взволнованная Филая.
– Ты слышал новости… – начала она и остановилась, словно наткнувшись на невидимую преграду.
Демоны… Только сейчас до меня дошло, как это все выглядело со стороны – для того, кто не знал, кем мы с Риланом друг другу приходимся. А Филая не знала.
Я отпрянула от Рилана – но было уже поздно. Филая переменилась в лице, отступила на шаг назад, еще на один, а потом развернулась и выбежала прочь из комнаты.
– Погоди, я все объясню!
Я рванулась за нею следом, но Рилан остановил меня, схватив за руку. Легкое движение пальцами – и дверь захлопнулась.
– Пусти! – я смотрела на него удивленно. – Сейчас я ее догоню и все ей расскажу. Это ведь недоразумение, она все поймет и…
– Нет, – твердо сказал Рилан. Его лицо выражало мрачную уверенность. – Ты ничего ей не скажешь. Никому не скажешь, сделаешь все, чтобы сохранить это в тайне.
– Погоди, но Филая…
– Филая – это еще один человек.
Я смотрела на него с недоумением и, честно говоря, ожидала, что в эту минуту он рассмеется и скажет: «Боги, ты купилась! Мы, конечно же, можем рассказать все Филае. Это же Филая». Но Рилан оставался серьезным. Я не могла в это поверить.
– Но ведь она тебе нравится!
– Нравится, очень, – не стал увиливать он. – И она для меня очень важна.
– Ну так вот! – начала я, но он меня перебил:
– Но твоя безопасность гораздо важнее.
"Я хотела еще что-то возразить, десятки аргументов крутились у меня на языке, но Рилан не позволил мне. Он крепко сжал мои плечи и, глядя прямо в глаза, отчетливо проговорил:
– Аллиона, я понимаю, что все это неожиданно и трудно, но прими это наконец: ты уже не простая девчонка, не обычная студентка и никогда ею не будешь. Ты – наследница престола. И твоя безопасность теперь не просто твое личное дело.
