Я шла по коридору школы, казалось, весь мир замер перед ней. Он выглядел больше обычного, словно кто-то невидимый расширил пространство и время вокруг. Но никто не стал бы так манипулировать реальностью в таких условиях — только больные и учителя, привыкшие к тому, что здесь все может быть не так, как кажется. В лазарете я провалялась целый месяц, забыв о прошлом мире, словно там время сжалось до мгновений....
– И все-таки. Есть тут укромное местечко, чтобы поговорить? – спросил Орлен.
По Катрине было прекрасно видно, что в укромном местечке она предпочла бы оказаться без меня, так что она заколебалась.
– Ингаретта совсем плоха, – напомнил Орлен.
– Кажется, тут есть свободная аудитория, – ответила она с неохотой.
И мы направились к одной из дверей.
Аудитория и правда была свободна. Уже что-то. Но несмотря на это, Катрина изливать душу не спешила. Далеко не сразу удалось прорваться сквозь ее многочисленные «А это зачем?», «А почему вы спрашиваете?», «А что, с этим что-то не так»?
В общем, прошло немало времени, прежде чем удалось получить от нее хоть какие-то ответы.
– Ингаретту не так уж и легко было застать одну, – пожала плечами Катрина после непродолжительных раздумий. – Так что больше вроде бы и никого.
В общем, она назвала ровно тех же, кого совсем недавно предлагал в подозреваемые Орлен.
– Как это никого? А ты? – заявил вдруг мой напарник, и я не смогла сдержать вздох. Вот и поговорили по душам! Я даже зажмурилась, ожидая взрыва. И он тут же последовал.
– Я? Ты подозреваешь меня, ее лучшую подругу? – казалось, сейчас Катрина набросится на Орлена с кулаками.
– Постой, постой!.. – я сделала шаг и почти заслонила собой Орлена. Их бурные выяснения отношений сейчас были бы совсем некстати. – А парень? Парень у нее был?
Это помогло. Они оба перевели на меня взгляды.
– Нет конечно, – фыркнул Орлен. – Я бы обязательно знал, если бы он был. Уверен – она бы мне сказала.
Катрина на это только фыркнула.
– Значит, парень у нее был… – я не столько спрашивала, сколько утверждала. И Катрина вынуждена была согласиться. Похоже, она уже пожалела о том, как среагировала на слова Орлена, но было поздно."
"– И кто же он? – нахмурился Орлен.
– Я не знаю, – выдавила из себя Катрина после долгой паузы.
– Врешь! – воскликнул Орлен. – Можно подумать, я не знаю женщин! Вы же все друг другу рассказываете, любую ерунду. А уж такую важную вещь она бы точно выдала.
