В мире, где все зависело от природности клятвы и восхитительных нарядов, Кендан сознавал, что ему предстояло защёлкнуть на её ошейнике. Цепи или наручники — не более чем формальность в Краю Тысячи островов, где рабыням запрещено отращивать волосы и ходить с поднятой головой. Однако магистр Гедрис любил следовать формальностям как нельзя лучше....
— Эли, что ты творишь!
— Вы ведь хотели правду? Я ответила как смогла. Да, я хочу с вами быть, хотя и знаю, что это больно.
— Нет, Эли, это может быть совсем не так, — сказал он и поцеловал мои мокрые от слёз ресницы.
— Не уверена, что у меня получится.
— Я тебе помогу, — улыбнулся Тейн и ласково сжал меня в объятиях. — Есть один секрет.
— Какой секрет?
— Ни о чём не думать, — прошептал он. — Сложная задачка для мага, не правда ли?
— Очень. Этому учат в Академии?
— Кхм, скорее — в общежитии Академии.
Он тихо рассмеялся, незаметно спускаясь поцелуями с шеи на ключицы и грудь, потом на живот и ещё ниже. Я сгорала от смущения и любопытства, но никак не решалась остановить его. Было невыносимо приятно ощущать каждое его прикосновение, каждое бережное касание губ. «Как хорошо, что темно, — думала я, хватая ртом воздух. — Наверняка с его пальцев снова слетают искры, как тогда… Неужели он собирается целовать меня там?..»
— Ох, нет, что вы делаете? — не в силах сдерживаться, простонала я.
— Учу тебя не думать. Не отвлекайся во время… урока, — прошептал он."
"Я послушно прикусила губы и вцепилась обеими руками в простыни. Правы были служанки, сплетничавшие, что у аристократов совсем нет никакого стыда! Можно себе представить, какие ласки он захочет от меня взамен за всё это! Разве я смогу, посмею? Кажется, я вся горела — от кончиков пальцев до кончиков ушей, но мысли в самом деле путались и исчезали в круговороте ощущений.
— Ты очень способная, — вновь обнимая меня, нетерпеливо шепнул Мартейн.
— Не можете больше ждать, да?
— Угадала. Ни одного мгновения.
— Хорошо… — Я закрыла глаза.
— Не бойся, Эли. Моя Эли…
Наверное, ему было непросто сдерживать в себе стихийный ураган и вопреки пылающему в крови дару двигаться медленно и осторожно, словно я была хрупкой принцессой. Мой любимый вспыльчивый и нетерпеливый Тейн оказался таким нежным, что я таяла от удовольствия и с каждой минутой всё больше откликалась на его ласку.
Я не уловила, когда в изголовье кровати появился маленький тёплый огонёк, мягко осветивший наши сплетённые тела. Тейн не останавливался, да и где ему было думать о заклинаниях сейчас: мы оба безраздельно принадлежали друг другу. Но теперь я видела его полуприкрытые, светящиеся магией глаза и сосредоточенно напряжённые брови.
