Щенята бежали за огромной чёрной собакой, её величественной Мартой по глухому лесу. Лизушка ощущала магию приключений и вспыхнула от эмоций. Но лес перед глазами сжимался, превращаясь в живое, будто тени нависают над детской фантазией.
«Что, если остальные члены Стаи обидятся и начнут возмущаться?» Но, нервно оглядев собак, Гроза поняла, что растревожилась напрасно. Они дружно закивали, завиляли хвостами, заскребли когтями по земле в знак согласия и одобрительно затявкали. Глаза Грозы и Ветерок встретились. Бурая собачка выглядела не менее изумлённой и благодарной. Размахивая хвостом, она подошла к Альфе и низко склонилась, почти касаясь земли животом:
— Спасибо тебе, Альфа!
Гроза, Колючка и Жук последовали её примеру.
— Да, Альфа, благодарю тебя за такую великую честь! — провыла Гроза.
— Особенно для меня, — кротко добавила Ветерок. — Ведь я даже не охотница!
— Вы заслужили это, — свесила язык Альфа. — И так считает вся Стая!
— Да, — гавкнул Бруно. — Честь и хвала Грозе, Ветерок и…
— …и Колючке с Жуком, — закончила за него Луна. Её голос бурлил гордостью, и Гроза вдруг почувствовала за неё больше радости, чем за себя.
Стая терпеливо уселась, ожидая своей очереди. А четверо спасителей поочерёдно подошли к куче и выбрали себе дичь.
«Хорошо, что куча добычи сегодня такая большая! — пронеслось у неё в голове. — Никто не почувствует себя ущемлённым и не останется голодным!» Предпочтение, которое выказала Альфа четырём спасителям, было, скорее, формальным, но от этого не менее приятным Сытая и сонная, Гроза положила голову на лапы и ещё раз оглядела сородичей.
К тому моменту, как Омега впилась зубками в мышь, Собака-Солнце уже улеглась спать в своём логове, и от её света осталась только тусклая серая дымка. Между стволами деревьев зашевелились странные тени — более глубокие и совсем не похожие на те, что обычно создавала Собака-Луна.
Гроза моргнула, вглядываясь в лес. Её сердце забилось быстрее. Эти тени… двигались?
Нет. Ветра этим вечером не было, и ветви деревьев не колыхались. И всё-таки Гроза была уверена: тьма движется. Она точно видела, как шевелились и трепетали островки черноты.
«Это всё моё воображение, — подумала собака. — Слишком утомительным выдался день. Мы все устали и перенервничали.
