Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
Атмосфера идеальная, а крики и смех только добавляют ему яркости.
— Можешь вцепиться в мою руку, если тебе страшно, — Лиам саркастически улыбается.
— Сказал мужчина, который едва не обмочился, зайдя в заброшенный подвал.
Он сужает глаза и обнимает меня за плечи.
— Такие жестокие слова из прекрасных уст.
Мы пробираемся сквозь лабиринт, крича и убегая от сотрудников в масках, которые преследуют нас, вооруженные бутафорскими ножами и топорами. Первоначальная храбрость Лиама превратилась в воинственный смех и крики при каждом прыжке от испуга.
— Беги, блять, Уинн!
Он хохочет, бежит впереди меня, оставляя меня умирать от рук злодея из фильмов ужасов Джейсона и его мачете.
— Ты мудак!
Я смеюсь-кричу,
убегая от Джейсона. Быстро оглядываюсь, чтобы посмотреть, не догоняет ли он меня, но мужчина в маске стоит на месте зловеще наклонив голову настолько, чтобы у меня по телу пробегают мурашки страха. Лиам выскакивает из-за угла лабиринта, и я вскрикиваю, когда он хватает меня. Целует меня в шею, прежде чем потянуть за собой.
— Как будто я действительно могу просто так оставить тебя.
Порыв ветра отбрасывает его черные волосы набок, а теплый свет фонаря озаряет его фигуру.
Я ловлю себя на том, что запоминаю этот момент. Как его серый свитер поднимается, демонстрируя живот, его дубовый запах, поглощающий каждую частичку меня.
Потом я слышу крик Лэнстона.
— Не туда, не туда! Вернись!
Он выхватывает меня из рук Лиама, и я смеюсь, бегу рядом с ним.
Лиам бежит сразу за нами, а за ним Елина, которая выглядит разъяренной, что ее оставили позади.
Мы вчетвером направляемся к темному центру лабиринта. Наши телефоны — единственные источники света здесь.
Мы прячемся за ящиком, укрытым тыквами и тюками сена, и выключаем фонарики. Минуты проходят молча, прежде чем мы слышим шорох.
Один из упырей пробегает мимо ящика, а потом наступает жуткая тишина. Слишком темно, и я не могу понять, на чьих коленях я сижу. Мы вчетвером плотно прижаты друг к другу, и только когда Елина встает, начинаем расходиться.
— Это было ужасно. Это уже не весело, и я думаю, что мы заблудились, — шепчет она.
Мои щеки теплеют, когда Лэнстон произносит что-то позади меня, обнимая меня.
— Черт, ну, давайте просто продолжим идти назад тем путем, которым пришли. В конце концов, мы найдем выход, — бормочет он.
— Ладно, но как мы сюда попали? — спрашивает Елина. Она права, с нашими фонариками и без каких-либо других ориентиров, мы заблудились, черт возьми.
