Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
Перепрыгивая через две ступеньки, я испытываю шок от того, что у меня болит нога, но по мере того, как во мне разгорается страх, во мне поднимается новая волна адреналина.
Кросби смотрит на меня холодными, устрашающими глазами, прежде чем выбежать наверх по лестнице вслед за мной.
Мне просто нужно отвести его от них.
XLII
Уинн
Мы медленно едем по переулку. Мигают полицейские мигалки, офицер что-то фотографирует у подножия цементной лестницы, ведущей на смотровую площадку.
Лэнстон смотрит на меня тревожным взглядом.
В кафе мы пробыли чуть больше часа.
Я устала и просто хочу лечь в постель и хандрить. Один взгляд на Лэнстона подсказывает мне, что он чувствует то же самое.
Офицер машет нам рукой, чтобы мы остановились.
— Нам позвонил мужчина и попросил встретиться с ним здесь. Вы не видели ничего необычного?
У меня сердце замирает, когда я вижу кровь у подножия лестницы. Единственная беда, с которой столкнулся этот город, произошла от рук Кросби. Называйте это как угодно, но я знаю это всем своим существом.
Лиам.
Лэнстон говорит из-за моей спины, когда я молчу.
— Нет, не видели. Но мы будем следить за этим.
Офицер кивает и возвращается на нижнюю ступеньку, где кровь.
Я возвращаюсь на свое место.
— Лэнстон, кажется, Лиам был здесь.
Он смотрит вперед, когда паркуется и расстегивает ремень безопасности. Круги под его глазами заставляют мое сердце болеть."
"— Я знаю, что ты хочешь в это верить, Уинн. Но я так не думаю. Лиам… мертв.
На мои глаза наворачиваются слезы.
Устал от такой глупой вещи, как надежда.
Он выходит из машины и направляется внутрь. Я остаюсь сидеть еще несколько минут, прежде чем решаю проверить догадку, которую я чувствую в глубине моего ума.
— Извини, Лэнстон, — бормочу я себе под нос, перебираясь через центральную консоль, садясь на водительское сиденье.
Завожу двигатель и еду по дороге к смотровой площадке. Ему действительно стоит прекратить оставлять ключи в машине; мы уже не в «Харлоу».
Парковка пуста.
Я паркую машину и выхожу из нее, прислушиваясь, но вокруг тишина. Единственные звуки — это ветер и хруст листьев, летающих по земле.
Я знала, что глупо этим заниматься. Лэнстон тоже это знал.
Но я не могу сдаться… пока не буду уверена, что он действительно умер. Я не сдамся.
Глубокий вдох.
Я медленно вдыхаю и выдыхаю.
Вспышка цвета привлекает мое внимание.
