Варягский крейсер "Артемида" скользил по бескрайним водам Крыма, где лето сознательно оставило пустыми корабли и паруса. Яхта шла под управлением автопилота, курс следуя точной траектории в заоблачных просторах, а за стеклами замка Костина мерцала спокойная вода - лишь отблески солнца и неспешное пульсирование волн. Валерий Григорьевич чувствовал себя свободно, как никогда прежде – вдали от шума офиса и традиционного мира....
Удачной рыбалки!
Дождавшись, пока словоохотливый дед скроется из виду, мужчины обогнули забор крайнего участка; вошли в густые заросли, обрамлявшие деревеньку с востока, и двинулись в обход к другому концу улицы Приовражной…
* * *Валера Корниенко бросил курить несколько лед назад, потому, усевшись на обломок упавшей стены, вынул из целлофанового пакета промасленную тряпицу и принялся усердно протирать снайперскую винтовку. Во время боевых операций он занимался этим делом дважды в день и такого же трепетного отношения к оружию требовал от молодых коллег.
Три контрактника обосновались неподалеку от капитана.
– Неплохие места, – подал голос один из них – Сергей Волынов. – Сюда бы после войны с палаточкой дней на десять.
– Смотреть уже не могу на эти пейзажи, – стянул сержант Родимов светло-серую бандану. – Скорее бы закончить эту войну и вернуться на Среднерусскую равнину. Мне, знаешь ли, березовые рощи милее этих заснеженных пиков.
Промокнув косынкой лицо, шею, руки, он отжал ее и снова повязал на почти лысом черепе.
Третьим контрактником был подрывник Слава Купцов – неторопливый, задумчивый, обстоятельный и физически очень развитый парень. Он всегда находился рядом со своими друзьями, но в разговор вступал лишь при крайней необходимости.
Самым странным членом группы, пожалуй, был старший лейтенант Андрей Трунилов, по боевому расписанию числившийся заместителем командира группы. В армию пошел вовсе не по зову сердца, а попал случайно – как признавался сам, вариантов имелось два: тюрьма или военкомат. Выбрал второе и, поступив в военное училище, вдруг понял, что понравилось. Недавно ему стукнуло двадцать пять, но семьей так и не обзавелся. Иногда покуривал травку, причем ганджубас для него уже давно был детским визгом на лужайке.
Так уж получалось, что именно эти ребята являлись костяком группы. Капитан Кармазин, старший лейтенант Трунилов, прапорщик Корниенко, старший сержант Волынов, сержанты Родимов и Купцов. Сработались, притерлись, безраздельно доверяли друг другу.
