Темнота и алкоголь создают напряженное настроение в этом маленьком баре. Устремленный под тусклый свет Ваньки Тим смотрится особенно неуютно. Высокие каблуки и щурящиеся глаза — знаки нервной напряженности этой девушке, которая пытается справиться со своими эмоциями после зашкаливающего угощения....
От дыхания она мерно поднимается и опускается. Рука Тима вольно прогуливается по мокрой от пота спине, мнет ягодицу, даря успокоение и тепло.
— Знаешь, если нам такое будет обламываться каждый раз, когда будем кончать каких-нибудь ублюдков, то, пожалуй, скоро наш город станет самым образцовым в плане борьбы с преступностью… — задумчиво гудит Ванька, и я слышу, как эхо его голоса гуляет по мощной груди, словно в колоколе.
— Интересная мысль, — тихо смеется Тим, не прекращая меня ласкать, — надо озвучить майору…
Глава 36.
— Как же ты так попала-то, Вет? — Ванька задумчиво и лениво поглаживает меня по заднице, и я ежусь невольно от этой грубоватой ласки.
Тим мерно вздыхает, его сердце тяжело и спокойно стучит прямо под моей щекой. И настолько сейчас мне хорошо, настолько все кажется правильным, что любое нарушение этого покоя ощущается остро и неприятно.
И вопросы эти ненужные…
Лучше бы просто гладил… Или опять поцеловал. У него невероятно нежные губы. И так хорошо он, оказывается, умеет ими делать, что, если б раньше знала, то, может, и не давила бы в себе это темное, пугающее до дрожи вожделение…
Я на секунду прикрываю глаза, припоминая череду своих случайных любовников и постоянное ощущение недостаточности… Словно чего-то не хватало без конца.
Грубая ладонь проходится по коже спины, мягко очерчивает каждый позвонок, и кожа с готовностью покрывается мурашками.
Пытаюсь абстрагироваться, припомнить события этих пяти лет, убедить себя, что все не так, как только что пришло в голову… Что я прятала это безумие на троих в глубине сознания только потому, что стыдно было. И мерзко. И неправильно.
А вовсе не потому, что боялась самой себя. Боялась признаться, что мне это понравилось. Что это было нечто такое, что полностью перевернуло меня, и, если признаться в своих потаенных мыслях, то… То что это будет значить?
Я — шлюха? Извращенка?
Секс с двумя мужчинами сразу — это реально извращение…
И то, что мне это понравилось, причем, с первого раза понравилось, как раз и доказывало, кто я такая есть…
Наверно, поэтому и так старалась отвлечься в первые два года жизни в столице.
Москва — это все же невероятный город, который жрет твое время и энергию и никогда не насыщается.
