В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
А ты иди в баню!
– Всего хорошего! – Макар повернулся к ней спиной.
– Чего хорошего? Баня в огороде, дров надо подкинуть…
– Ну, я не знаю…
– Ты хочешь, чтобы я околела?
– Ну, ладно…"
"Макар ушел, Кристина сняла мокрую одежду, сама, как могла, растерлась спиртом, в лечебных целях приняла немного внутрь, надела сухой спортивный костюм. Взяла зонт, влезла в резиновые сапоги и, схватив бутылку водки, торопливо направилась к бане.
Макар тоже промок, и ему надо согреться. Он уже, наверное, разделся и сейчас ждет ее в парилке.
Кристина спешила так, что едва не споткнулась и не растянулась на земле. Макар ее в бане ждал. Макар!!! Он, конечно, подлец, но как терпко пахло от него настоящим мужиком, когда они стояли на крыльце. Неухоженный он, запущенный, одет кое-как, но это совершенно не имело никакого значения.
Макар сидел на скамейке в предбаннике и дымил сырой сигаретой. Мокрая одежда на нем, но это его ничуть не смущало.
– Ты хотя бы переоделся! – Кристина села на ту же скамейку, но с другого края.
– Да ладно, высохну.
– Заболеешь.
– Я закаленный.
– Будешь? – протянула она ему бутылку.
И тут же осталась без нее. Макар скрутил пробку, прямо из горла сделал несколько глотков. Кристина полезла в шкаф, достала оттуда банку огурцов.
– После первой не закусываю, – покачал головой Макар. И с самым серьезным видом добавил: – После первой бутылки не закусываю.
– Шутишь?
– Шучу, – кивнул он и, сделав пару глотков, взял из ее руки огурчик.
И она за компанию приложилась к бутылке. Макар своим присутствием так сильно волновал ее, что горечи она почти не почувствовала. И даже могла обойтись без закуски. Но как можно отказаться от огурчика, который он предложил?
– А я думала, это ты в «Москвиче» сидишь, – сказала она. – Выхожу, а там какой-то сопляк… Помнишь, как ты меня от Чубука забрал? Тогда тоже дождь шел…
– Помню.
– Как будто целая вечность прошла.
– Длиною в год, – уточнил Макар.
– Всего лишь год, а столько всего произошло…
– Банька остыла малость, но я дровишек подбросил, в принципе, уже можно идти греться, – увильнул он от разговора.
– Пойдешь?
– Нет, мне домой надо.
– А дома что?
– Дома у родителей что? Родители. Живые и здоровые…
– Ты говорил, что их убить собирались.
