В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
– И где ж вы деньги возьмете?
– А кого это колышет? Магазин придется продать, машину…
– А если нет?
– Тогда я сиротой останусь, – дрожащим от напряжения голосом сказал Шаталов. – У нас тут люди за здорово живешь пропадают. И никто их не ищет, потому что у Чубука в ментовке все схвачено. Весь город под ним, у него тут все куплено. И весь бизнес под ним. Отец магазины раскрутил, а он их себе заберет, своего человека поставит и дальше рулить будет… Ему это и нужно, чтобы отец все отдал. Говорил я ему, в Питер валить надо, там в сто раз легче раскрутиться, чем здесь.
– Проблема.
– Как теперь выкручиваться, не знаю. А если не выкрутимся, они все заберут. И Маринку нашу на круг… У Чубука совсем с головой плохо! Знаешь, как он Кристинку на себе женил?
Макар хотел спросить как, но спазм сжал горло, и он не смог выдавить ни слова.
– В машину к себе затащил, домой отвез, несколько дней у себя держал. Не знаю, что на него нашло, но потом он женился на ней.
– И она согласилась?
– А куда ей деваться? Чубуку если откажешь, считай, уже калека. Это как минимум. А можно и в ящик сыграть…
– Значит, Кристинка против своей воли пошла?
– Ну, думаю, что да… Я тут ее как-то подвозил, разговорились. Ждешь своего, спрашиваю. В смысле, тебя. Жду, говорит. Я подкатиться к ней хотел, но бесполезно. Да ты же сам знаешь, если она слово дала, то это железно…
– Если это слово силой не отберут, – проговорил Макар, до хруста в суставах сжимая кулаки.
– Так ведь отобрали.
– Чубук, да?
– Ну а кто ж еще?
– И где он живет?
– Зачем тебе это? В Бумбараша поиграть хочешь?
– Не понял?
– Ну, фильм такой есть, там Бумбараш с войны возвращается, а его любимая замужем за бандитским атаманом.
– И что с этим атаманом потом стало?
– Грохнули его…
– Такое кино нам и нужно, – одним уголком рта улыбнулся Макар.
Если Чубук действительно поступил с Кристиной так подло, то его нельзя назвать человеком.
Глава 3
Ливневый дождь хлестко лупил по лужам, вздувая на них пузыри. Крупные капли падали с козырька на бетонную плитку крыльца и отскакивали от нее, забрызгивая ноги. Нескольких шагов по двору хватит, чтобы промокнуть до нитки, но и в дом идти не хотелось. Там сухо, тепло, но при этом омерзительно. Особенно сейчас, когда Гена гуляет со своими дружками. Водку они жрут, траву курят, шлюх тискают.
