Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Что произошло ночью?
— Это вы у меня спрашиваете? — Щасная взяла сигарету, другой рукой быстро нашла зажигалку.
— Вы знаете, о чем я говорю.
— Я? — она прикурила. Затянулась, медленно выпустила дым. На мгновение Денисов потерял из вида ее лицо. — Почему вы решили?
— Старков не ночевал дома.
— Это необходимо? Чтобы расследовать случай с наездом? — голос Щасной был совершенно спокоен. — Из-за этого приостановилось следствие?
— Наезда не было. В Белогорлову стреляли.
— Что вы такое говорите? Кто?
— Человек, который, как я понимаю, в ту ночь ее спас.
Щасная потянула выключатель торшера — красный парашют словно накрыл сразу кресло-качалку, и пуф, и кусочек журнального стола.
— Я не знаю его.
— В ту ночь, — сказал Денисов, — Старков приходил к вам в гостиницу.
Так?
Она не спеша поднялась, достала из бара два высоких бокала, бутылку с невыразительной этикеткой.
— Это «Киндзмараули». Хотите?
— Вообще-то я не пью до заката, — сказал Денисов.
— Солнца сегодня не видно.
— Будем считать, что оно закатилось.
Щасная плеснула в бокалы, молча выпила.
— Вы правильно догадались, — она не посмотрела в его сторону. — В Калининграде было так, как вы сказали.
— Вы и Старков… — он подержал бокал."
"— После Лени вы первый об этом узнали.
— Белогорлова говорила с вами?
— Об этом? Нет. Все так идиотски запутано, — Щасная плеснула себе еще вина. — Олег, вначале ухаживал за мной, потом отдал предпочтение Леониде.
Когда мы встретились в Калининграде, он уже был ее мужем.
— Каким образом она обо всем узнала?
— Не знаю. Такие вещи трудно объяснить. Может, потому, что мы думали о ней. Кто знает? Приехала ночью в гостиницу. Олега в номере уже не было. О чем-то поговорили — о грибах, о селедочном масле. Она все — поняла. Мы не могли смотреть друг другу в глаза, — Щасная взяла сигарету. — Потом она ушла.
— Домой?
— Горничная утром рассказывала, что она шла по коридору как пьяная.
Потом бежала по лестнице. Горничная вышла на улицу, наблюдала. Кто-то из постояльцев гостиницы понял ее состояние, пошел с ней. Она приехала на машине. Машина стояла до утра. Потом она приехала за ней.
— Откуда это стало известно горничной?
— Со слов этого человека. Он вернулся под утро.
Кое-что горничной удалось узнать, — она помолчала. — Надо отдать ему должное: он скрыл все подробности и имя. Горничная говорила о ней как о безымянной.
