Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Несколько медиков в халатах поверх темно-зеленой, пижамного вида одежды курили у входа, вежливо кивнули, когда Денисов с ними поздоровался.
Знакомая медсестра из приемного отделения вручила Денисову халат, без которого нечего было и пытаться пройти в отделение реанимации, сделать необходимые несколько шагов, отделяющие изнутри дверь от стола с телефонами.
Перехваченная надвое поясом короткого халата медсестра отделения реанимации сверкнула стеклышками очков:
— Вы, по-моему, были у нас? Денисов? — ее резкий голос он всегда узнавал по телефону.
— Я был насчет Белогорловой. Теперь меня интересует больной, которого недавно доставили. Тоже с транспортными травмами.
— Не только с транспортными, — поправила сестра. — Сейчас хирурга позову. Подождите, — она вышла.
В этот раз в отделении реанимации было что-то, на что он не обратил внимания в свое прошлое посещение. «Звук!»
Из глубины отделения доносились непрекращавшиеся резкие непривычные звуки — словно, свиристя, катилось поддерживаемое проволокой колесо или разматывалась цепь ворота, опускавшего в колодец ведро.
Денисов увидел на полке несколько тонких брошюр, наугад вынул одну. Это была уже знакомая «Критика новых течений в протестантской теологии». Он хотел поставить книгу на место.
— Значит, вы звонили насчет Белогорловой? — у стола стоял хирург в таком же темно-зеленом костюме, в халате, в шлепанцах. Он показался Денисову молодым, ироничным. Мимолетно взглянул на инспектора, на название брошюры.
— Да, я, — Денисов положил брошюру на стол, между двумя стоявшими рядом ярко-красными телефонными аппаратами.
— Все будет зависеть от результатов операции.
— Вы видели его?
— Смотрел другой врач, но я присутствовал.
— Сможете описать его лицо? Не похоже, что оно чуточку деформировано здесь? — он провел пальцами от щеки к щеке.
Медик пожал плечами:
— Говоря честно, не обратил внимания. Слишком серьезный случай. Поэтому оперируем у себя, а не в хирургии.
— Далеко отсюда? — Денисов слышал, что операции могут проходить в нескольких залах, один из которых находится в двух шагах от них, справа, за дверью.
— Вы хотели взглянуть? — он покачал головой.
— А когда его повезут в палату? — спросил Денисов.
— После операции решим.
Медсестра в это время отвечала кому-то по телефону:
— Отделение реанимации. Да. Ничего не могу сказать. Сейчас на операции.
Да… Очень тяжелое, позвоните, пожалуйста, позже.
