Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
«Будьте сознательным, товарищ! Электричка ушла, опаздываю на самолет.
Безвыходное положение!»
— Кто-нибудь еще подходил к такси, когда вы здесь стояли? — спросил Денисов.
— Нет, кажется. Я книгу читал. Мигеля де Унамуно…
Денисов вспомнил, что видел эту фамилию на книге, лежавшей в машине, в первый день знакомства с Гладилиным.
— Потом? — спросил он.
— Повез в Домодедово. Что делать?
— Как он вел себя? Что еще говорил?
— В пути? Молчал. Я тоже обычно не разговариваю.
— О том, что мать у него умерла, сказал? — спросил Денисов.
Гладилин хлопнул себя по колену!
— Точно! Мать умерла. Вспомнил: его ждали домой еще накануне. Похороны задержали!
— Высадили его в аэропорту?
— Подрулил к самому вокзалу. Даже видел, как он бежал к стойке для регистрации.
Оставалось последнее:
— Включите свет на минутку.
Опознание в розыскных целях не требовало понятых, никак не оформлялось процессуально. Денисов протянул таксисту с десяток фотографий:
— Узнаете?
Гладилин сложил их веером, как карты.
— Вот он, — второй с края лежала фотография Шерпа.
«Что и требовалось доказать, — подумал Денисов. — Адвокат был здесь примерно за час до нападения на Белогорлову.
Находился во дворе, а может, и в самом реконструирующемся здании скоморох! Он лежал в подъезде! — и уехал».
— Он был у машины один? — спросил Денисов.
— Я видел его одного. Да! Вот еще какая подробность. Вспомнил! У меня не было сдачи в порту, а он спешил. «Ладно, — сказал он. — Еще встретимся! Отдадите!» Я удивился.
«И Шерп и Гладилин, — подумал Денисов, — были здесь, когда прибывал поезд, который Белогорлова отметила кружочком в расписании».
— Такси в порту было много, — Гладилин уже не мог не договорить до конца. — Клиента пришлось ждать минут сорок. Только потом уехал.
Гладилин высадил его из машины недалеко от Булатниковской, сам подался в поисках клиентов в центр.
«Если бы оба они, Шерп и Гладилнн, — подумал Денисов, — подозревались в покушении на жизнь Белогорловой в тот вечер, у обоих было бы твердое, неопровержимое алиби.
Денисов шел небыстро.
Ночь оставалась по-прежнему морозной. На тротуаре здесь и там поблескивали ледяные зрачки, днем превращавшиеся в лужи. Но оставался и снег. По небольшому скверу перед школой вились бесчисленные тропинки, соединявшиеся между собой в причудливых узорах.
Денисов нашел младшего инспектора у школы, против дома.
