В темном переулке, девушка теряет сознание под гнетом непонятных угроз и собственной уверенности. Ее тело словно замерло в холода, а глаза перестают видеть свет, оставаясь лишь пустыми провалами чужих чувств. Кровь изменилась на ледяную воду, отражающую неясные образы, до которых ей трудно добраться....
Но ее рука, пошарив по стене, наткнулась на что-то прохладное. С трудом удержавшись от визга, Кира продолжала щупать. И вскоре поняла, что наткнулась на какую-то тряпку. Схватив ее, она выскочила на свет. И обнаружила, что держит в руках зеленоватого цвета халатик. Ее первоначальная догадка, что она оказалась где-то вроде больницы, подтверждалась.
Недолго думая, Кира напялила на себя халатик. Он оказался ей почти впору. И этот зеленовато-салатовый цвет Кире шел, она это прекрасно знала. Так что этот наряд, если бы не странные желтоватые пятна на груди и боках, был бы вообще идеальным.
Напялив на себя халат, Кира неожиданно почувствовала себя куда увереннее. Она словно бы слилась с этим местом, подстроилась под него. В кармане халата нашлась еще шапочка и очки. Смотреть сквозь стекла Кира не могла, голова начинала кружиться, а в висках сразу же заломило. Но Кира все же водрузила очки на нос. Так, ей казалось, будет лучше.
И в это время впереди раздались голоса.
— Ой! — заметалась по белому подвалу Кира.
Убедившись, что спрятаться никуда не успеет, Кира просто замерла на месте. И тут из соседней двери вышли двое мужчин, одетых в такие же халаты, как у Киры. Даже не взглянув в ее сторону, они двинулись в противоположном направлении. Кира слегка отмерла. И решила, что, маяча тут без движения, она рано или поздно привлечет к себе внимание. И окружающие поймут, что она чужачка. А двигаясь, можно было изобразить рассеянность, задумчивость или, наконец, просто страшную занятость и спешку.
Вскоре она оказалась перед лестницей, которая вела наверх. Лестница выглядела вполне респектабельно. Хорошая лестница с удобными пологими ступенями. Идти по ней или еще немного побродить по подвалу? Но что-то заставило Киру пойти вверх. Тут снова была дверь, к счастью, незапертая. И дальше шел уже самый обычный холл жилого дома. Тут пахло краской, свежим деревом и немножко растворителями. Нормальный запах нового и еще строящегося дома.
А затем она внезапно услышала голос, который и хотела услышать больше всего на свете, — голос своей любимой подруги Леси.
— Значит, это и есть ваш дом? Очень славный. Но вроде бы он еще не достроен?
— Совершенно верно, — отозвался густой баритон, принадлежащий новому Апостолу, по совместительству Посланцу Божьему. — Тебе тут нравится, кошечка?
— Невероятно нравится! — старательно изображала из себя влюбленную идиотку Леся.
