В тусклом пространстве, где лишь дыхание ветра и слабые мерцания света служат компаниями, зазвучала неуловимая интонация: "Эй, гараа-аж! Ау! Депресняк-я-я-як!". Комната наполнилась странным ожиданием и тревогой. Дафнись тихо смотрела на своего питомца — кота, мрачного и загадочного как сам сумрак....
В другом конце «Общего Питта» уже знакомая ей нервная брюнетка била сумочкой плешивого молодого мужчину, заподозрив его в похищении тарелок с подноса. Тот неумело защищался. Изо рта у него капустной мочалкой свисал салат. Подбежавший охранник не стал разбираться и выставил обоих на улицу.
– И это тоже к лучшему? – шепнула Даф Эссиорху.
– Разумеется.
– Почему это?
– Не надо было прогуливать уроки! – сказал хранитель, укоризненно указывая на Даф нанизанной на вилку котлетой. – Ссора в кафе – прекрасный повод для знакомства… Интуиция подсказывает мне, что двадцать четыре года спустя их сын Миша уедет в Канаду и запатентует моющее средство для бумажных денег.
– А почему именно в Канаду? В России нет грязных денег?
– Тебе не понять. Карма имени – отдельная наука. Ее проходят только в аспирантуре, – пояснил Эссиорх и великодушно придвинул Даф трофейный стаканчик с кофе.
Тем временем Ната, задорно посматривая на Даф, продолжала охоту за Мефодием.
– Меф, а Меф! Чувствуешь ли ты за меня ответственность? – допытывалась она.
– С какой радости?
– Ну как же? Ты ведь старше меня на сколько-то там минут. Значит, если мы куда-нибудь пойдем вдвоем и со мной что-то случится – ты будешь отвечать.
– Обязательно. Прям уже бегу и отвечаю! – заверил ее Мефодий.
– Ну вот и славно! А Дашеньке сколько лет? Двенадцать-то есть? – продолжала Ната, переводя взгляд на Дафну.
– Восемь с половиной, – отвечала Даф вежливо.
– В самом деле? – удивилась Ната, поднимая брови. – О, какая большая девочка! Я бы тебе больше восьми ни за что не дала.
– А я бы тебе и девять дала. Пинков, – буркнула Даф, думая, не будет ли такой грубый ответ стоить ей потемневшего пера.
Ната не удостоила ее ответом. Вид у нее был торжествующий, как у летчика, который рисует на своем самолете звездочку за сбитого врага.
– Меф, ты азартный человек? – продолжала она.
– Ну, более или менее, – признал тот.
– Тогда давай есть кусок хлеба с разных концов! Проигравший должен будет слопать столовую ложку горчицы! – предложила Ната.
– Как это с разных концов? – не понял Меф.
– Проще простого. Берем кусок хлеба. Посередине кетчупом проводим границу. И едим навстречу друг другу.
– О! – сказала Улита радостно. – Гениальная идея! Эссиорх, я тоже так хочу! Только хлеба я не ем. Он от меня толстеет.
