В тусклом пространстве, где лишь дыхание ветра и слабые мерцания света служат компаниями, зазвучала неуловимая интонация: "Эй, гараа-аж! Ау! Депресняк-я-я-як!". Комната наполнилась странным ожиданием и тревогой. Дафнись тихо смотрела на своего питомца — кота, мрачного и загадочного как сам сумрак....
Самцов проигнорировал этот выпад. Юмор на этого типа определенно не действовал.
– Я посредник. Всего лишь посредник. Предположим, кто-то хочет купить что-то, что ему категорически не хотят продавать. Тут возникаю я и помогаю получить согласие… И я его получаю. Ну так что? Каковы ваши условия? Я повторяю: нам нужен этот дом.
– И кто же окончательный покупатель? Кого заинтересовал наш скромный домик? – поинтересовался Арей.
– Не имеет значения, – отрезал Самцов. – Еще вопросы?
– У меня, – сказала Улита, поднимая руку.
– Надеюсь, важный?
– Крайне. И всего один.
– Тогда валяйте!
– Это правда, что в детстве мама била вас прыгалками, когда вы не хотели играть на скрипке? – сладко сказала ведьма, поднимая лицо от фиалок.
Тиберий Самцов помрачнел, вгрызаясь в Улиту озабоченными глазками.
– Откуда ты знаешь? – спросил он нервно.
– У вас это на лбу написано, – сказала Улита.
Мефодий невольно фыркнул. Для ведьмы уровня Улиты лоб человека – открытая книга. Именно поэтому, а вовсе не по причине отсутствия вкуса, мудрые мужи Средневековья предпочитали носить челочку до бровей или в крайнем случае до середины лба.
Самцов еще некоторое время поиспепелял Улиту взглядом, но, убедившись, что на эту наглую девицу где сяжешь, там и слезешь, притушил свой взгляд.
– Знаете вы или нет, это не меняет дело. Мне плевать. Я покупаю ваш особняк.
– И что же с ним сделают? Перестроят, снесут? – вдруг подал голос Арей."
"Решив, что директор дал слабину, Тиберий Самцов воспрял. Его голос потеплел, подобно голосу палача, который беспокоится, не давит ли приговоренному к повешению веревочка.
– Снесут? Зачем же? Если бы его можно было снести, мы устроили бы все через вашу голову. К огромному сожалению, дом снести нельзя. Культурная ценность. Стены должны стоять. Сразу после покупки здесь выроют котлован, насколько я знаю.
– Котлован? Это шутка? – поднимая брови, перебил его Арей.
– Ничуть. Внизу планируется устроить банковское хранилище и подземную автостоянку. Тот куцый подвал, что сейчас существует на планах, нас нисколько не устраивает.
– А я вам говорю, что тут не может быть котлована. Никогда, – заметил Арей.
– Почему?
– Потому что это Большая Дмитровка, 13! Особое место, особый дом… Заступ не должен касаться этих подвалов. Уж можете мне поверить, Калигула Нероныч, или как вас там, – сказал Арей.
Самцов задиристо, точно петух, царапнул пол ногой.
