Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Три Анны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Весна на дворе – самое голодное время. Гадай не гадай, а по всему выходит, идти ей в услужение к каторжникам, себя да бабу Катю кормить. Боженька милостив, авось не убьют и не искалечат.
Утром, чуть свет, она была уже на ногах, и едва солнце приподнялось над причёсанными ветром сосновыми вихрами, стучала в знакомую дверь:
– Дяденька Нгуги, дяденька Нгуги, отвори. Я пришла.
На этот раз дверь приоткрылась почти сразу, выпустив оттуда откормленного кота, чёрного, как декабрьская ночь.
– Дяденька Нгуги, – робко позвала Аня, но ответа не дождалась, проводив взглядом кошака.
Он словно понял, что на него смотрят и, задрав хвост трубой, лениво дал круг по небольшому дворику.
Присев на корточки, Анютка протянула руку:
– Кис, кис, кис. Как тебя зовут?
Презрительно фыркнув, кот вскочил на поленницу и принялся драть когтями полено, зазывно урча на все лады.
– Весну чует, – сказал над Аниной головой голос Нгуги. – Звери умеют разговаривать с солнцем. Не то что мы, люди.
Он очень смешно выговаривал букву «ю», и вместо «люди», Ане послышалось «льюди».
Слово звучало ласково, как журчанье ручейка, и Ане подумалось, что злой каторжник не может разговаривать так по-доброму. Наверняка Нгуги хороший, а на каторгу попал случайно. Может быть, когда-нибудь он расскажет ей об этом. А сейчас надо начинать работать, а то масса рассердится.
Поднявшись с колен, Аня переступила с ноги на ногу и попросила:
– Дяденька Нгуги, приказывай, что делать. Я всё умею.
Блестящее, словно намазанное маслом, лицо чернокожего расплылось в улыбке. Он взял Анютку за плечо и втянул в дом:
– Хозяин ещё спит, а ты поешь пока. Хочешь есть?
Аня хотела соврать, из приличия отнекавшись, что сыта по горло, но вдохнула с мороза крепкий запах свежезаваренного чая – и согласилась.
Знакомым путём они прошли к столу, уселись на длинную лавку, застланную чистым половиком, и Нгуги протянул Ане добрый ломоть хлеба, политый льняным маслом и густо присыпанный солью:
– Кусай!
Такой вкуснятины Анютка не ела с Покрова, когда у них с бабой Катей стали стремительно заканчиваться съестные припасы. Неурожайный год придавил голодом всю округу, и мука в кадке таяла на глазах. Пытаясь растянуть съестные припасы, хлеб баба Катя не пекла, делая из ржаной мучки сероватую болтушку на колодезной воде. Раскрошили в кипяток луковицу, загустили щепотью-другой муки – и ешь. И той еде бывали радёхоньки. Говорят, в городе и вообще голод до смертушки.
Будто прочитав её нехитрые мысли, Нгуги протянул руку к плите и, не вставая с места, снял с круга медный чайник. Достав чашку, плеснул чайку, подбодрив засмущавшуюся Аню:
– Ты не стесняйся. Ешь, пей, будем как родные. У нас в Кении всё племя – одна семья.
