Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Три Анны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Алексей Ильич твёрдо приказал уезжать, а он знал, что говорит.
Тем временем сосед умял пирожок, судя по запаху, с кислой капустой и набитым ртом поинтересовался:
– На работу едешь?
– Да.
– А куда?
Аня неопределённо пожала плечами:
– Не знаю. Куда Бог пошлёт.
– Это ты правильно рассуждаешь, – обрадовался мужик. – Господь не оставит. – Он размашисто перекрестился, больно ткнув ей локтем в бок. – Но люди говорят: «На Бога надейся, а сам не плошай». Грамотная?
– Да.
Мужик уважительно засопел:
– Это ты молодец. До нашего Загрязья тоже ликбез добрался. Всех за парты посадили от мала до велика. Правда, жёнка моя не пошла. Она страсть какая умная. Ликвидаторам неграмотности сказала, как отрезала: «Не бабьего ума это дело». А я так думаю, бабам, а тем паче девкам, грамота не помешает. – Наклонившись к ногам, он поскрёб в плетёной кошёлке, засунутой под лавку, и вытащил смятый газетный лист: – Давай почитаем, раз грамотная. Ты читай вот это слово, оно заковыристое, а у тебя глазки молоденькие. А я вот это – попроще.
«Сельсоветы должны быть прочными органами колхозной диктатуры», – прочитала вслух Аня и, не вслушиваясь в воркотню соседа, стала смотреть в окно на проплывающие мимо дома, срубленные из толстых брёвен и прочно стоявшие на высоких клетях. На подъезде к Ленинграду перед глазами замелькали дачные дома, обшитые вагонкой и совершенно непохожие на основательные северные постройки, где под одной крышей порой стояло до пяти изб.
Вчитываясь в незнакомые названия пригородных станций, Аня чувствовала, как сонное отупение сменяется неприятным холодком в груди и всё нарастающей тревогой. А когда поезд дал раскатистый гудок, возвещая о прибытии, окончательно призналась себе, что ей страшно.
* * *Ленинград встретил пассажиров, насидевшихся в духоте вагона, свежим ветром раннего июньского утра и отдалённым гулом, доносящимся со стороны городских улиц.
Часы на привокзальной башне показывали семь часов утра.
Хлынувшая из поезда толпа обтекала Аню со всех сторон, уверенно устремляясь в распахнутые ворота, сквозь которые просматривались стоящие у тротуара встречающие.
Махнув рукой на прощание, исчез из виду сосед, угощавший её варёным яйцом, прошли мимо звонкоголосые девушки, переваливаясь как утка, спешила навстречу стройному пареньку баба с распухшими коленками. Аня всё стояла и стояла, не решаясь двинуться с места в новую, незнакомую жизнь, пока не услыхала:
– Что застыла, давай чемодан!"
"Обернувшись на оклик, Аня увидела, как невысокий жилистый мужичок схватил её чемодан и махом закинул на низкую тележку с колёсиками.
– Стой! Ты куда?!
Оттолкнув наглеца, она вцепилась в ручку, но тотчас увидела, что мимо неё прокатила точно такая же тележка, за ней другая, и ещё одна.
