Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Три Анны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Жанна налила себе вторую кружку чая и скривила ироничную гримаску, всем своим видом показывая, что рада найти подтверждение собственным мыслям о психическом здоровье читателя Аристархова.
Аня сказала:
– Представляешь, в брошюре тридцатых годов наш дедуля откопал заметку, что в колхозе «Красный Дроновец» около Олунца председателем был настоящий негр Нгуги Черномордов, бывший раб с бразильских плантаций.
– Ну и что? – подула на кружку с чаем Жанна, остужая кипяток. – Негр и негр, ничего интересного…
– Понимаю, тебе, конечно, неинтересно. Но когда я была совсем маленькая, у меня была прабабушка Аня, в честь которой меня назвали. Вижу её как сейчас: лицо гладкое, почти без морщин, седые волосы убраны в пучок, а глаза, добрые-добрые. И вся бабуля такая мягкая, тёплая, душевная. Бывало, обнимет меня перед сном и сказки рассказывает. Странные были те сказки…
Говоря с Жанной, Аня почувствовала, как её закружили воспоминания. Кажется, только вчера она не хотела укладываться спать и канючила:
– Баба Аня, расскажи, как дядя Нгуги весну встречал.
Бабуля Аня приляжет рядом с ней на подушку, поцелует в головёнку и тихо, плавно заведёт сказку:
– Давным-давно за высокими горами, за глубокими озёрами, близ города Олунец, появился чужеземец. Лицо чёрное, как чугун в печи, на шее барабан надет, а вместо одежды юбочка из мочалки.
На словах про юбочку из мочалки Аня всегда прыскала от смеха, так живо представлялся ей чужеземец с чугунной головой, огромным барабаном на шее и кудрявой розовой юбочкой, как её мочалка из пластмассовых стружек.
– А бабушка тебе про спрятанные негром сокровища не рассказывала? – с интересом подалась вперёд Жанна.
– Думаю, сокровищ там нет, – засмеялась Аня, – хотя мне от прабабушки досталась одна картинка.
– Картинка? – Жаннина рука замерла, не донеся до рта бутерброд, и на светлую юбку неопрятной каплей шлёпнулся кусочек паштета. Она брезгливо счистила его ручкой чайной ложки и поторопила Аню: – Не молчи, расскажи скорее про картинку.
Удивлённая интересом подруги, Аня охотно ответила:
– Это карандашный портрет молодой девушки, нарисованный на кусочке картона размером с открытку. Я не знаю, кого он изображает. У дедушки Воли спрашивала, он тоже не знает. Вспомнил, что это какая-то знакомая, которой прабабушка Аня должна была передать рисунок, но так и не выполнила просьбу.
Во время войны, сама понимаешь, судьба людей раскидала. Родные терялись, не то что случайные знакомые. Так и лежит рисунок в шкатулке. Надо бы его в альбом вклеить, да всё руки не доходят.
Про подпись «Прости Христа ради», Аня не стала упоминать. Не хотелось трепать в пустом разговоре глубокие чувства, вложенные в эту короткую фразу.
