Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Три Анны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Захватывающий исторический роман о судьбах трёх женщин, чьи жизни переплетаются через столетие. От начала XX века до современности автор ведёт читателя по спирали времени, раскрывая глубокие тайны, связывающие поколения. История о любви, потерях и исканиях смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Так он Гук! Неужели тот самый, чья фамилия написана на вывеске Олунецкого музея?
Вилена Гуговна хвалилась, что ищет потомков баронессы Матильды Карловны фон Гук и вскорости надеется на положительный результат. Значит, нашла!
– Вы барон фон Гук?
Он насмешливо дёрнул бровью:
– Можно и так сказать, я не обижусь.
Хотя советское время стёрло различие между сословиями, но всё же мысль о том, что этот стройный красивый молодой мужчина – самый настоящий барон, будило Анино воображение картинами из рыцарских баллад, которые в школьные годы она глотала по ночам, забравшись с ногами в старое кресло у окна.
«Наверное, в военном мундире он был бы необычайно хорош. Недаром я прозвала его рыцарем».
– Вы проходите, Дима, не стойте в дверях.
Осторожно переместившись по квартире, Дмитрий положил коробку конфет на журнальный столик и подошёл к фортепиано, полутверждающе спросив:
– Это и есть инструмент, который вы презентуете музею?
– Да.
– Поразительной красоты вещь, – испросив взглядом разрешения, Гук откинул крышку, сверкнувшую перламутровой инкрустацией, и прогулялся пальцами по клавишам, извлекая глубокий звук, то возраставший, то затихавший под его умелой рукой. – Даже не знаю, что сказать. Чудо.
Он обернулся к Ане, быстро спросив:
– Вам не жалко с ним расставаться?
– Как ни странно, нет. Мне приятна мысль, что инструмент будет находиться в музее, а я куплю себе что-нибудь попроще, не такая уж я великая музыкантша.
Мучительно размыслив, удобно ли предложить Дмитрию макароны с сосиской, она решила не рисковать, барон всё-таки, и вежливо поинтересовалась:
– Хотите кофе с тортиком?
– Хочу, – ответил он без китайских церемоний и признался: – Честно говоря, я ещё не ужинал.
– Я тоже, – обрадовалась Аня и переспросила нового знакомого уже по-свойски, как старого друга: – Будете есть макароны с сосисками и салат из помидоров? Когда я остаюсь одна, я себе практически не готовлю.
– Одна? А где семья?
– Сын у дедушки в Сибири. Папа увёз его к себе на лето и пока не торопится возвращать обратно. Там чудесно – лес, воздух, парное молоко от соседской коровы. Да и не место детям летом в городе.
– А муж?
Правда или почудилось, что при этом вопросе глаза фон Гука стали смотреть на неё чуть внимательнее?
– Я разведена. Мы с сынишкой живём вдвоём. Есть ещё мой папа, но он геолог и постоянно живёт в Сибири. Больше у меня никого нет.
«Зачем я это рассказываю?» – сама себе удивлялась Аня. Обычно она не торопилась посвящать посторонних в свою жизнь.
Под пристальным взглядом посетителя она то и дело краснела, на фоне его красоты чувствуя себя неуклюжей, как самодельная баба на чайнике, которую она сшила в шестом классе на уроке труда. Движения стали суетливыми, неловкими.
