В серых резных скалах и редколесье мерцают оранжевые пятна костра. Ветер, словно проводник из другой жизни, дует сквозь уязвленные рубахи и заставляет головки Фомы и Дрона шевелиться в жаре. Здесь рысь и рысей нет, но лесный хозяин уже не первый раз подтверждает, что мир за пределами костра тих и спокойен....
Мягкое освещение, нарочно направленное на деревянную доску с выжженным портретом девушки, облило его лучами, точно утренняя заря над рекой, делая особенно выразительным на фоне темного неба в высоком окне.
Никто не проронил ни слова, когда Аня, достав свой рисунок, поставила его рядом с оригиналом и, торжествуя, повернулась в зал:
– Это без сомнения та же самая девушка, что и на вашем портрете! Жаль только, что мы не знаем, кто она. Видите, какие важные слова здесь написаны: «Прости Христа ради». Мне очень жаль, что моя прабабушка Анна Ивановна не смогла выполнить поручение и передать портрет незнакомке или её семье.
– Почему же не смогла? – раздался в тишине голос Дмитрия. – Смогла! Почти через сто лет, но смогла.
Все взоры устремились на говорившего. Побледнев так, что его глаза казались бездонными, Дмитрий не отрываясь смотрел то на портрет, то на открытку, то на Аню, а потом быстрым движением достал айфон и, нажав на кнопку, прислонил его к Аниному рисунку. На широком мониторе размером с ладонь вместо заставки чётко высвечивались те же девичьи черты.
– Это моя прабабушка. Анна Ивановна Веснина. Будущая баронесса фон Гук."
"От негромких слов Дмитрия, сказанных спокойным тоном, по Аниным волосам словно проскользнул лёгкий ветерок, заставивший похолодеть щёки. Девушка на трёх портретах была как сама любовь, дарованная людям Господом по великой милости Своей – искренняя и чистая.
«Так ты, оказывается, тоже Анна, – думала Аня, глядя на портрет, знакомый до мельчайшего штриха по бумаге, – Анна фон Гук, Димина прабабушка».
Поразительное открытие ошеломляло, запутывая семейные отношения ещё больше. В груди Ани горячими толчками запульсировало непослушное сердце, а в голове теснились вопросы, на которые пока не находились ответы. Она осознавало только то, что не просто так сошлись три Анны в одной точке и не просто так их судьбы с Дмитрием оказались связанными общим прошлым.
Анина рука легла на руку Дмитрия и стиснула его горячие пальцы, тотчас ощутив ответное рукопожатие.
– Значит, это Анна Веснина – ваша бабушка, – задумчиво произнесла Вилена Гуговна, и её африканские глаза азартно заблестели догадкой. – Тогда это многое объясняет.
Поскольку Аня и Дмитрий молчали, ожидая продолжения, Вилена Гуговна указала им на небольшой диванчик, словно говоря, что разговор ожидает стать долгим, и, обратясь к Нонне Максимовне, попросила:
– Ноннушка, принеси мне папку с теми документами, что мы с тобой разыскали в архиве.
