В темных тучах скрывается сияющая ночная панорама океана. Высотой птичьего полета можно увидеть внизу чудесную картину, словно созданную кистью великого художника. Величайшие переходы от зеленовато-фиолетового до изумрудно-серебристого цветов делают каждую мгновение уникальным и невероятным....
— Однажды вы, товарищ полковник, сделали мне предложение, помните?
— Савелий был уверен, что Богомолов вспомнит то, что предлагал ему работу в органах госбезопасности.
— Конечно, помню! Вы пойдете или нет? — полковник почувствовал, что речь идет о чем-то важном и решил подсказать Савелию, как вести разговор.
— Нет, я не хочу пойти в тот дом, где глава семьи, ну… Галин отец решил предать своих родных и ходит в гости к тем, с кем я вчера поссорился.
— Вы уверены в этом? — полковник сразу понял, о ком идет речь.
"— Вы же знаете меня, товарищ полковник, я всегда говорю вслух только то, в чем уверен на все сто! Ладно, мне еще по разным делам нужно, а времени нет. Как, думаю, и у вас, товарищ полковник! — последнюю фразу он явно выделил.
— Да, действительно, работы много. Очень жаль, что вы не хотите сходить в тот дом, но я уверен, что все уладится и мы еще вместе сходим туда.
— Там видно будет. — Савелий повесил трубку и стал ловить такси.
Полковник секунду-другую смотрел на трубку, положил ее и быстро вышел из кабинета.
— Меня никто не спрашивал?
— Нет, товарищ полковник! Только генерал Галин просил доложить когда вы вернетесь из Азии.
— Вы уже доложили?
— Нет, звонил, но его не оказалось на месте. — Вдруг офицер оглянулся вокруг, словно боясь, что кто-то может услышать, потом сделал знак полковнику и вышел в коридор. Там никого не было, и майор, чуть понизив голос, сказал: — Что-то странное происходит, товарищ полковник, — в его голосе чувствовался испуг.
— Говорите, майор!
— Я случайно подслушал разговор: кто говорил, точно сказать не могу, но мне кажется, что это был голос нашего шефа. — Он указал глазами вверх, давая понять, что речь идет о самом Председателе.
— И что же в этом разговоре вам удалось услышать, майор?
— Он кому-то говорил о людях, которые были на каком-то заседании. И называл такие фамилии! Я не знаю, что мне делать, кому сообщить! Все у них под контролем! Все! И милиция, и прокуратура, и армия! И Галин там был.
— Галин? Генерал Галин?
— Да, товарищ полковник, но самое страшное, что они хотят устранить Президента и многих других!
— Ты соображаешь, что говоришь? — воскликнул Богомолов, но тут же понизил голос. — Еще комунибудь говорил?
— Да вы что, товарищ полковник! — Он был настолько напуган, что Богомолов был удивлен, как он решился ему рассказать об этом.
