В темных тучах скрывается сияющая ночная панорама океана. Высотой птичьего полета можно увидеть внизу чудесную картину, словно созданную кистью великого художника. Величайшие переходы от зеленовато-фиолетового до изумрудно-серебристого цветов делают каждую мгновение уникальным и невероятным....
И тот, словно, подслушав его мысли, пояснил:
— Я и вам-то боялся рассказать об этом, но… мы с вами работаем не один десяток лет, да еще генерал, когда вернулся после того заседания, сразу затребовал ваше дело. Да таким тоном, что мне сразу стало ясно: именно вам я и должен рассказать то, что знаю!
— Спасибо, Саша! — он дружески похлопал майора по плечу.
— Мне-то что сейчас делать?
— Быть на месте и держать ухо востро! Понял?
— Так точно, товарищ полковник! — Тот явно повеселел, поделившись с другим человеком своей нелегкой ношей.
— Знаешь что, вызови ко мне следующих товарищей, — полковник перечислил восемь фамилий людей, которым он всецело доверял, потом добавил: — Вызови мне их… — он взглянул на часы, — через час, но… без шумихи. Как на обычную летучку. Да, и скажи, что после летучки мы поедем на полигон, где я буду принимать зачеты по стрельбе из автоматического оружия!
— Все понял, товарищ полковник! Разрешите и мне пострелять? — с хитринкой в глазах спросил майор.
— Вне всякого сомнения! — улыбнулся полковник и быстро направился в комнату правительственной связи.
Президент России несколько минут молчал, потом твердо произнес:
— Я уверен, что вы проверяли эту информацию и дело не терпит отлагательства, но… мы не можем никому из них предъявить никаких обвинений: нет доказательств.
— Слушаюсь, Борис Николаевич! Через секунду застучал факс, и Богомолов оторвал кусок факсовой ленты, на которой черным по белому был написан приказ об аресте генерала Галина Александра Борисовича по обвинению в измене существующему в стране строю.
Когда в кабинете Богомолом собрались все, кого он вызвал, а там был и бывший генерал Говоров, единственным, кто был в форме, оказался сам Богомолов.
Словно предчувствуя что-то, все расселись вокруг длинного стола и молча ждали его пояснений.
Полковник оглядел присутствующих: вместе с ним в кабинете было десять человек.
