Автор
В темноте под мигалками такси в лицо проникает незнакомое и тревожное свечение. Женщина движется быстро, ее шаги гулко откликаются в пустых улочках, создавая атмосферу опасности и неизвестности. Равик, острый глазами и осторожно нахмурившись, держит ее за локоть, готовый прикрыть ее спиной от любого хуже....
— Не люблю есть один. Вот и все. Так же, как и вы.
— Я плохой партнер.
— Нет, хороший, — сказал Равик. — За столом вы партнер первоклассный. Не выношу болтливых людей. И тех, кто слишком громко разговаривает.
Он посмотрел в сторону Альбера. Красная шляпка с пером, ритмично постукивая зонтиком по столу, во всеуслышание растолковывала ему, почему именно он подлец. Альбер слушал ее терпеливо и довольно равнодушно.
Жоан едва заметно улыбнулась.
— Этого я не умею.
— А вот и еще одна тележка с провиантом. Продолжим программу или вы сперва покурите?
— Сперва покурю.
— Вот, пожалуйста. Сегодня у меня другие. Не с черным табаком.
Он дал ей огня. Жоан откинулась на спинку стула и глубоко затянулась. Потом открытым, прямым взглядом посмотрела на Равика.
— Хорошо сидеть вот так, — сказала Жоан, и ему вдруг показалось, что она вот-вот разрыдается.
Кофе они пили в «Колизее». Большой зал, выходящий окнами на Елисейские Поля, был переполнен, но они нашли столик внизу, в баре; верхняя половина стен была облицована стеклянными панелями, за которыми сидели попугаи и порхали пестрые тропические птички.
— Вы уже подумали, что вам делать дальше? — спросил Равик.
— Нет, еще не подумала.
— Вы приехали сюда с определенной целью?
Она помедлила с ответом.
— Нет, без особых намерений.
— Я спрашиваю не из любопытства.
— Знаю. Вы считаете, что я должна чем-то заняться. И я хочу того же. Твержу себе об этом каждый день. Но вот…
— Хозяин отеля сказал мне, что вы актриса. Я его не спрашивал.
— А разве вы уже забыли?
Равик взглянул на нее. Она спокойно смотрела на него.
— Забыл, — сказал он. — Записку оставил в отеле, а без нее никак не мог вспомнить.
— А теперь помните?
— Да. Жоан Маду.
— Я не бог весть какая актриса, — сказала она. — Раньше играла только небольшие роли. А в последнее время вообще не играла. К тому же я недостаточно хорошо говорю по-французски.
— А какой язык ваш родной?
— Итальянский. Я выросла в Италии.
Ее слова почти не доходили до Равика. Ему было скучно, и он не знал толком, о чем еще говорить с ней.
— А, кроме этого, вы чем-нибудь занимались? — спросил он, чтобы о чем-то спросить. — Не считая маленьких ролей, о которых вы говорили?
— Да, пустяками в том же роде. Немного пела, немного танцевала.
Он с сомнением посмотрел на нее.
