В руках Роннара таинственный кубок игристого вина не мог скрыть жарущую мечту о губах прекрасной Рэйны, которая теперь станет его Трофеем императора. Его дыхание становится быстрее и чаще с каждым блюдом на столе, пока он наконец не выпьет последний кубок и впервые открывает двери своего подсознания....
- Но ведь эсмаев нет… - прошептала Валенсия, чувствуя стыд за то, что минуту назад расписывала достижения своих соплеменников. Имира была права. С каждым новым открытием, каждым новым усовершенствованием мир на один шаг становился ближе к бездне.
- Нет. Но есть такие, как ты. Кельфи. Люди боятся вас. Как боялись эсмаев, как боятся драконов. Но сейчас мы говорим о тебе. И о Роннаре.
Напоминание о муже заставило девушку вздрогнуть. И по серебряным нитям ее ауры алыми искрами пробежали отголоски испытанного наслаждения.
- Я вижу, ваши ауры сплетены так, что даже смерть не разлучит, - хмыкнула Имира, наблюдая за этой картиной, невидимой глазам простых смертных. – Этот дракон сделал все, чтобы ты стала его навек.
Ленси невольно поджала губы. Насмешливо-снисходительный тон наставницы ей не понравился.
- Вы осуждаете?
- Нет, девочка, что ты. Радуюсь за тебя. И в то же время грущу. Если бы не Роннар, не ваша роковая встреча, которой я так боялась… ты стала бы Избранной – той, что вернет истинную магию в этот мир.
Она тяжело вздохнула.
- Я увидела смерть, пепел и разрушения, идущие за ним попятам. Если бы я тебя не отдала, он бы погиб, и трон Ламаррии достался другому. А через несколько лет новый император драконов вторгся бы Этрурию, а потом и в Ремнискейн. И на этот раз в войне никто бы не выжил. Ни драконы, ни люди. Вот такая история.
Последние слова она произнесла таким простым, будничным голосом, будто зачитывала ежедневный список обязанностей для послушниц.
А Ленси вспомнила, как герцогские мортиры бомбардировали Алмазного, вставшего на их пути. Он бы не смог долго сдерживать натиск. В конце концов, ему пришлось бы отступить или умереть прямо там, под стенами Раггенрока. И он это знал, когда шел туда.
Он готов был погибнуть, защищая ее семью.
Судорожно сглотнув, она пробормотала:
- Значит…
- Я выбрала меньшее из зол, Ленси. Я отдала тебя. Но не стала налагать запрет на твои силы. И ты доказала мне, что я поступила верно.
Ленси не успела понять, что происходит, как трава под ее ногами вдруг дрогнула и начала быстро расти. Вытягиваясь, оплетая ноги девушки, поднимаясь все выше и выше.
- Что… что происходит, матушка? – она ахнула, когда ветви миндального дерева так же склонились над ней, и листва проникла в волосы.
- Не бойся.
