Автор
Трубадур дышит огненной энергетикой: руженные плечи, белая голова и манящие сумки на длинных руках. Фигура его стремительная — легче воздуха, он парит над свинцовым асфальтом, покрытым яркими кроссовками. Воздух полон ветра и кленовых листьев, но не ускользает от острого внимания — здесь прорезаются черты времени, металл и древность....
Готова ли она? Или подбросить дровишек?
- Знаешь, что?
- Что? – она приняла его слегка поддразнивающий тон. И пока старательно игнорировала движения его пальца от ключицы вниз. Ну сходит он с ума от этого бело-розового зефира, что уж тут поделаешь? Безупречное сочетание белого и розового. И, кстати, не только на груди. Так, ладно. Нижний зефир рассмотрим чуть позже. А пока можно любоваться, как здорово смотрятся его смуглые руки на ее белой груди. Просто одно для другого делалось – явно."
"- У нас будут очень красивые дети.
Он всем телом почувствовал. Как она вздрогнула. Как задержала дыхание. В глаза смотрела, не мигая.
- Дети?!
- Конечно! - кивнул со всей возможной серьезностью. – У нас карт-бланш на эту ночь. Давай, Тура, жги!
Она еще какое-то время смотрела на него. А потом произнесла уверенно.
- У нас будет мальчик – с такими же черными кудрявыми волосами как у тебя.
- И твоими синими глазами. А у дочки будут твои мягкие светлые волосы.
- И твои карие глаза.
Офигенная игра.
Это самое все они себе и позволили. Ночь чудес закончилась ближе к пяти утра. Потому что просто уже не осталось сил – причем именно у Степки. Тура что-то нежно чертила на его груди, и ворковала что-то.
- Знаешь, любимая, наверное, я больше не в состоянии. И в состоянии… - зевок. – Нестояния.
- Спокойной ночи, любимый.
Именно так.
*
А с рассветом все стало как раньше. Позднее и от того немногословное утро. Они приняли душ по очереди, оделись, Тура намазала лицо прихваченным из дома увлажняющим кремом – зимой кожа сохла немилосердно. Степан вызвал такси. На обратной дороге они молчали.
Они же пообещали друг другу все забыть. Забыть то, что говорили и в чем признавались всю ночь. Этим и были заняты по дороге домой.
*
- Ты совсем всякий стыд потеряла?! – Елена стояла прямо напротив двери, уперев руки в обтянутые цветастым шелком халата бедра. – Где ты шлялась?
Дом. Милый дом. А впрочем, чего еще ждать от Елены?
- Тебя не касается, - Тура умеет говорить с матерью ровным тоном, что бы та не несла. Годы тренировок. – Деда я предупредила.
- А завтрак кто ему будет готовить?! Старый человек, ему нужно регулярное питание!
- Ты же дома.
