Бежать к варду? Если бы у северян была возможность спасти местных, они бы это сделали, но они пытаются отвести беду от Сердвинки. Вард Вульфрик просто скажет: «Прости, я не могу», и тогда пропадёт сестричка моя одна. Да, он может подсуетится и поможет. Но вдруг нет, есть ведь и такой вариант развития событий.
И тогда он снова запрёт меня. И я не смогу вернуться домой. Именно это и остановило меня. Нет, не побегу к вардам. Они знают, что у меня там сестра, если посчитают нужным — придут нам на помощь. Если нет, то я сестру не брошу. Вместе так уж до конца. Семьей в родном доме сгинем.
Не могла я оставить Эмбер там одну. Не имела на это право. Я обещала отцу позаботиться о сёстрах. Я клялась ему в этом. Лестры уже нет, но Эмбер нуждается во мне.
Я снова подошла к коню и ласково потрепала его за шею. Легонько похлопала и погладила. Лошадь оказалась отзывчивой, ей явно понравились эти прикосновения.
Сделав глубокий вдох и выдох, похвалила себя за смелость.
Нужно было действовать дальше и быстро, а то меня поймают. Торопиться, пока ворота открыты и там всего пару человек на вышках. Покуда они поднимут тревогу. пока объяснят, что к чему вардам, я уже до дому доеду. Тут же, наверное, минут десять скакать на таком резвом жеребце, если пешком — полчаса идти.
Схватившись за седло, почувствовала, как оно чуть съехало. Руку, отдёрнула мгновенно. За что же взяться? Позади дома снова что-то грохнулось и мужчины разразились руганью. Испугавшись, схватилась за гриву и вставила ногу в стремя.
Попыталась перекинуть вторую, но седло съехало, и я упала на землю, ударившись копчиком.
Волк снова встал и, чуть оскалившись, словно посмеялся надо мной.
Я понимала, что это мне лишь показалось, но чувство, будто потешается он, не исчезало.
Я погладила лошадь по шее и поправила седло. А потом, подумав немного, подвела жеребца к крыльцу. Отсюда куда удобнее забраться. Подтянув повод, я взяла его одновременно с гривой на холке. Поставив левую ногу в стремя, сделала подскок. На мгновение показалось, что снова упаду, но я крепко держалась за гриву.
Наконец, уселась-таки верхом и ударила пятками. Конь сделал один шаг, седло в очередной раз заскользило набок, и, не удержавшись, я упала.
Поймав на себе взгляд зевающего волка, зло вспыхнула.
Я снова подвела жеребца к крыльцу, и, повторив все действия, уселась верхом, прижавшись к шее коня. При этом старалась удерживать равновесие и не делать резких движений. Но животное не двигалось и не желало ехать туда, куда мне надо.
