Автор
В гостиной Юля зовет детей, где уже собирается многочисленная компания гостей. Но никто не обращает внимания на празднующих — кроме непоседливой Амины Гроссо, которая играет в инсценированном сражении с аниматорами. Каждый вздох наполнен радостью и свободой души.
Что это? Интуиция? Предчувствие? Или за совсем короткое время между отцом и дочерью образовалась такая крепкая связь, что он ощутил жгучую потребность быть здесь и сейчас?
— Доброе утро, красавицы, — здоровается мужчина, одаривая нас теплой улыбкой, — а я вам звонил минут десять назад. Никто трубку не взял. Вот решил подняться.
Давид переводит взгляд с меня на Амину и обратно и немного сдвигает брови, замечая некую заторможенность реакции.
Киваю на приветствие и сосредотачиваю все внимание на кудряшке.
— Па-па?
Оборачивается ко мне в поисках поддержки.
Улыбаюсь и киваю, показывая, что я здесь, рядом. Этого становится достаточно. Амина чуть качается с пятки на носок и срывается к отцу.
Цикал реагирует молниеносно. Подхватывает дочь и поднимает её высоко над головой. Та счастливо смеётся и цепляется-цепляется за него руками, стараясь обнять покрепче, прижаться теснее.
— Папа. Папа! — произносит с каким-то придыханием.
Я же прикусываю кулак, чтобы не разреветься. Внутри горит и жжет от переживаний за собственное дитя. Ни разу не видела, чтобы Амина с такой радостью реагировала на кого-то.
— Сокровище моё, — глухо выдыхает в кудрявую макушку Давид.
Слышу, как проседает его голос, как душат и плющат его эмоции, вижу, как в карих глазах вместе со слезами закручивается буря.
Отец и дочь обнимаются, что-то шепча друг другу, совсем ненадолго забывая обо мне.
Испытываю ли я ревность?
Не могу подобрать однозначного ответа. Скорее всего, нет, или, может быть, самую каплю. Для меня более важно состояние ребенка и его покой. Его счастье.
Но вместе со всем я четко понимаю, как в этот миг меняется наш с дочерью мир, ломается привычный уклад, создавая нечто совершенно новое и неизведанное.
Даю двум близким людям побыть немного вдвоем и ухожу на кухню.
Готовлю любимый напиток и забираюсь с ногами на подоконник.
Куда там мы торопились сегодня идти? В поликлинику?
Ничего, успеем. Целый день впереди.
А еще надо бы в магазин заехать, прикупить продуктов к ужину.
Гоняю по кругу всякие глупости, стараясь разгрузить голову от переживаний, и пялюсь в окно, совсем не замечая, что за ним происходит.
— Юля.
