Вынужденный брак объединил двух врагов: жестокого мужчину, неспособного на чувства, и нежную девушку, мечтающую о любви. Она пытается пробиться в его ледяное сердце, но он убежден в своей бесчувственности. Между ними разгорается война страстей, где каждый пытается подчинить другого. Смогут...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Ты теперь моя» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Вынужденный брак объединил двух врагов: жестокого мужчину, неспособного на чувства, и нежную девушку, мечтающую о любви. Она пытается пробиться в его ледяное сердце, но он убежден в своей бесчувственности. Между ними разгорается война страстей, где каждый пытается подчинить другого. Смогут...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Вынужденный брак объединил двух врагов: жестокого мужчину, неспособного на чувства, и нежную девушку, мечтающую о любви. Она пытается пробиться в его ледяное сердце, но он убежден в своей бесчувственности. Между ними разгорается война страстей, где каждый пытается подчинить другого. Смогут...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вместе с Юлей в обществе мы еще не появлялись. Должен признать, я не знаю, как она себя поведет."
"Уловив мои колебания, Ставницер снова смеется.
— Приводи, приводи… Мы — свои. Хочу на нее посмотреть.
Остаток ужина проходит в тишине. Доедаем и прощаемся на крыльце. Назар с Семеном уже возле машины пасутся.
— Что с матросом? — тихо спрашиваю на подходе.
— Сидит. Думает.
Назар отталкивается от капота. Подходит, чтобы дверь мне открыть.
— До сих пор не надумал? Может, плохо уговариваете?
— Стараемся, Сауль. Я тебе предлагал вариант…
— Семью мы трогать не будем, — пресекаю дальнейшее обсуждение.
Я хоть и сволочь, но принципы свои тоже имею. Каждый за свои действия отвечает сам. Не кум, не брат, не сват. И уж тем более не дети.
— Да усёк я. Не смотри так. К слову ляпнул, — тушуется Назар. Передергивая плечами, хватает с панели измятую пачку с сигаретами. Одну мне подает, вторую — Семену, третью — себе. Подкуриваем. Некоторое время сидим молча.
— Пусть до завтра пораскинет мозгами. Не поможет, будем выбивать.
— Хозяин — барин, — легко соглашается Назар, выдыхая сигаретный дым.
— Заводи.
— Домой? Или к Елене?
Размышляю недолго.
— Домой, давай. Поздно уже.
Лена, безусловно, в любое время примет. Только сегодня нет охоты. Завтра.
Дорога проходит в расслабляющей тишине. Вроде нормально всё, но на душе как-то неспокойно. Чувствую, что все самые главные проблемы с Юлей у меня впереди.
Входя в дом, я всегда первым делом посещаю ванную. Закатав рукава по локти, тщательно мою руки. Привычка эта никак не связана с гигиеной. Отмываюсь о того, что заразнее всяких бактерий.
Машинально смотрюсь в зеркало. Зрачки расширены. Перебитые шрамами брови сдвинуты. Между ними хмурый залом.
Отрегулировав смеситель на холодную воду, несколько раз ополаскиваю лицо.
В потемках поднимаюсь на второй этаж и направляюсь в комнату девчонки. Тихо вхожу. По пути к кровати скидываю всю одежду. Принцесса продолжает спать, тихо посапывая, даже когда рядом ложусь и ладонью по плечу веду.
Притягиваю к себе. Лишь тогда вскрикивает и ладонями мне в грудь упирается.
— Ша, мурка.
Пахнет она вкусно. Уже знакомо. Медом, но не приторная эта сладость. Вероятно, с ее собственным запахом идеально сочетается. Вот ведь полнейшая глупость: подмывает носом по шее провести, в волосы уткнуться.
— Зачем ты пришел? — слышу в осипшем после сна голосе ярое негодование.
— А ты как думаешь?
— Не знаю.
— Знаешь, — протягиваю, медленно оглаживая бока девчонки. — У тебя там уже порядок? Без тампонов?
Между нами кромешная темнота, но я-то знаю, что она краснеет. Колеблется каких-то пару секунд. Вероятно, прикидывает варианты и последующее развитие событий. Кровью меня не остановишь. Я не брезгливый. Есть в этом даже какая-то особая острота.
