В вагоне дальнего следования замерло время: молодой пассажир, выглянув из окна, мельком рассмотрел последние оставшиеся склады и стрелки. Надежда откинулась на диванчике, уставшая после долгого пути из Москвы. Ее семья ждала в Петербурге уже давно, но встреча была неизбежна – десять лет они не виделись....
– Нет, прав муж: я вечно сама ищу неприятности на свою голову!»
Лейтенант вывел ее из кабинета.
Проходя мимо охранника, он сурово взглянул на того и рявкнул:
– Спим на работе? У тебя из-под носа скоро весь офис вынесут!
– Что?! – всполошился охранник, оторвавшись от экрана компьютера. – Кто такие? Куда идете? Документы!
– Поздно спохватился! – Лейтенант сунул ему под нос красную книжечку.
На улице их ждала черная машина с затемненными стеклами. Подходя к этой машине, Надежда предприняла робкую попытку проскочить мимо и смешаться с толпой, но бдительный лейтенант Никодимов железной рукой схватил ее за локоть и твердо усадил на заднее сиденье, а сам устроился рядом.
– В управление! – проговорил он в широкую спину водителя.
Машина проехала по Загородному проспекту, мимо Владимирского собора, по Владимирскому проспекту, пересекла Невский и оказалась на Литейном.
Остановившись возле высокого каменного крыльца, водитель заглушил мотор.
Лейтенант открыл дверцу, вывел Надежду, подвел ее к высокой двери без всяких надписей.
Дверь бесшумно открылась.
Они прошли мимо безмолвного охранника, поднялись в лифте на четвертый этаж, миновали длинный коридор, выстеленный зеленой ковровой дорожкой, вошли в большую, солидную приемную.
За столом сидел такой же молодой парень. Переглянувшись с доставившим Надежду Николаевну лейтенантом, он что-то неслышно сообщил в переговорное устройство."
"Затем встал, открыл еще одну дверь, и Надежда оказалась в огромном и очень солидном кабинете.
За темным полированным столом могло бы свободно разместиться человек десять.
Галина Ивановна аккуратно сложила листки бумаги, подняла голову и взглянула на Надежду своим пронизывающим рентгеновским взглядом. От этого взгляда у Надежды Николаевны сердце пропустило пару ударов, возник легкий спазм сосудов головного мозга и предательски забурчало в животе.
«Сильна тетка! – с некоторым даже восхищением подумала Надежда. – Я еще потому так легко отделалась, что не настоящая преступница, был бы на моем месте какой-нибудь маньяк или бытовой убийца – не миновать сердечного приступа».
Сердце ее опомнилось и продолжало стучать, титаническим усилием воли Надежда и желудок призвала к порядку.
