В дремучем уголке русской глубинки, где время словно замерло, девушка сидит в старом кресле, закутавшись в лохмотья брезента. Над ней возвышается городок, его рассвет медленно начинает разжигать раны осени. Часы на стене показывают восемь — время для решений, которые могут изменить всё....
— Крепкий?
— Кому как, а для меня в самый раз.
— Ну вот, а ты сразу «становись под дуб», — устало поддразнила Ива хлопца.
— Так ты…
— Не будь чересчур любопытным. Об этом пароле с лейтенантом договаривался? Об этом… Остановимся в своем знакомстве пока на достигнутом…
Малеванный предупреждал, что вместо него может прийти другой человек. Мало что случится… Вот только курьера Иву никак не ожидал встретить Роман.
Они стали плечом к плечу — пурга в спину, — Чуприна почувствовал на лице легкое дыхание Ивы.
Небо было недобрым, размалевал его ветер густой завирюхой.
Был у них странный разговор.
— Мне Малеванный сказал: хочешь выходить из лесу?
— Так решил.
— Хочу просить тебя, Роман, не торопись с этим.
— Ты в своем уме? Я дважды себе дорогу не выбираю.
— Знаю, хлопчина ты крепкий, сама убедилась. Но не свернул ли ты на самую легкую стежку?"
"— Ночами не спал, пока решился. В конце той «легкой» стежки — смерть. Приговор никто не отменял.
— Повернись лицом к ветру! Чуешь? Чем пахнет ветер? Весной! Придет апрель, почернеет земля, выползут из зимних берлог «боевики», пошлет их Рен убивать…
— Как мне тебя называть: Ива или по-другому?
— Скажу, не торопись. Все скажу. Ты ведь слышал, как снаряжал меня Рен за кордон. Сообщил, сколько бандитов осталось, и планы свои на весну раскрыл — усилить геррор.
— Рен такой: отрубят руки — зубами будет кусаться.
— Мало осталось лесных твоих родичей, не обижайся, Ромцю, а много могут горя принести.
— Не все выполнят приказ Рена. Некоторые за зиму поумнели, хотят тикать из лесов.
— Кто-то выполнит. Снова сироты, снова пожары…
— Так что ты хочешь от меня? Я не иуда, изменой жизнь не покупаю!
И тогда сказала Ива, будто ножом в сердце ударила:
— Да, ты однажды изменил! Украину предал ворогам ее заклятым! Так подними оружие против тех, кто обманул тебя, против врагов своей Отчизны!
— Вот ты как меня…
— А ты думал, уговаривать стану? А люди пусть гибнут? Что нам с того, не твоя сестра и не моя, не наши дети? Нет, Роман, не так ты про честь думаешь! Мне моя гордость не меньше твоей дорога, а надеваю вашу шкуру и в вашу стаю забираюсь, чтобы не лилась кровь, чтобы не пострадала Родина от рук бандитов! Сказал, выбрал уже дорогу… Так иди до конца, не останавливайся.
— Не агитируй, не на комсомольских зборах.
