В дремучем уголке русской глубинки, где время словно замерло, девушка сидит в старом кресле, закутавшись в лохмотья брезента. Над ней возвышается городок, его рассвет медленно начинает разжигать раны осени. Часы на стене показывают восемь — время для решений, которые могут изменить всё....
Это была огромная удача. Сведения, которые ей были при этом сообщены, помогли нам ликвидировать антинародное подполье.
— Помнится, Чуприна доложил Рену, что Ива благополучно ушла за кордон?
— Об этом мы его попросили. Необходимо было выиграть хоть немного времени для заключительного этапа операции и усыпить заодно бдительность проводника краевого провода. Роман какое-то время отсиживался у жены, а потом явился к Рену: все в порядке, курьер за кордоном.
— Это произошло в ту ночь, когда вел свой бой Роман?"
"— Да. Одна группа окружила логово Рена. А другие группы в эти же часы перекрыли тайные курьерские тропы, блокировали тайные убежища. Должен сказать: это была сложная операция. Она развивалась по двум направлениям: «Офелия» и «Письмо».
— Скажите, Сорока и другие главари бандеровцев узнали, кем на самом деле была Ива?
Полковник иронически прищурился:
— Это только в приключенческих романах чекисты на последних страницах обязательно встречаются со своими врагами в кабинете следователя.
— И самый последний вопрос: что сталось с Ивой? То есть, я хотел спросить, с Марией Шевчук?
— Помните ленинское: всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если умеет защищаться? Совсем недавно я увидел в одном зарубежном журнале фото: упитанный юнец прицелился из винтовки в карту нашей страны, разлинеенную под мишень.
