Дед Мазай встретил приглашение от незнакомого клуба с иронией, но неожиданная встреча в январе заставила его задуматься о серьезности этих людей. Встреча с "Молнии" стала первым шагом к тому, что превратит жизнь Мазая и многих других в непредсказуемое путешествие через мир подлинного заговора....
Стояла на почтительном расстоянии от кровати, чтобы не достал рукой…
— Вставай, двенадцатый час!
— Да?! — больше обрадовался, чем удивился Глеб. — Как же мне теперь уйти? Соседи увидят! А мне бы не хотелось бросать тень на твою репутацию…"
"— Довольно болтать-то, — усмехнулась она и неожиданно присела на кровать у ног. — Отмыла тебя, отчистила — теперь и отдавать жалко. Ты парень-то — ничего, казак. Я ведь сейчас торгашка, челнок, на все смотрю взглядом продавца…
— Так, любопытно! Кому ты собираешься меня отдавать?
— Не знаю… Отпусти тебя, так кто-то подберет.
— А муж? — откровенно съязвил Глеб. — Учитель? Интеллигентный чеченец?
— Прекрати, — властно оборвала Наталья. — Был муж. Учитель, вместе работали в школе. Я физкультуру вела, он — биологию. Потом ушел на железную дорогу. Мы в Гудермесе жили… Стал хорошо зарабатывать. Промысел такой был — добывать вещи из вагонов. Ты не местный, тебе этого не понять, а у нас это привычное дело — ходить за добычей.
— Извини…
Она усмехнулась невесело, но тут же с легкостью смахнула печаль.
— Может, сам посоветуешь, что мне с тобой делать?
— Ну уж конечно не отдавать никому и не отпускать! Такой товар! А если еще волосы отрастут? Да усы?
— Веселый ты парень! Люблю веселых!.. Да только не простой.
— Как я денежки зарабатываю — не твоего ума дело, — грубовато оборвал он. — По крайней мере, не челнок, чтоб сумки таскать.
Глеб мысленно перебирал легенды, более подходящие на этот случай — она же сама подсказала.
— Наркотики, да? Такие деньги зарабатывают только на этом.
— Пожалуй, я от тебя сам уйду! — Он встал, не стесняясь наготы, а даже демонстрируя ее, прошел к стулу и стал одеваться.
— Так я тебя и отпустила!
— Нет, ты мне нравишься. Но язык у тебя!.. И особенно, нос!
Он медленно надел трусы, майку и только потянулся за брюками, как Наталья подошла сзади и обняла за плечи, прижалась к спине.
Глеб услышал короткое, отрывистое дыхание.
— Не уходи… Я терская казачка… Меня с детства учили… где язык должен быть… и где нос…
Развернувшись к ней, он увидел перед собой только приоткрытые губы.
