Автор
В марте 1927 года в Москве начинается катаклизм: отец девочки Рогожского уезда приказал отправить ее обратно к бабушке, оставив без денег и крыши над головой. Управляющий домом молодой парень Семён управляет семейным особняком, но его новая хозяйка — сирота-подросток — начинает вызывать хаос в этом мире. Атмосфера книги — это непреодолимый гнет и холодный расчет, ощущаемые под бушующей экономической кризисой....
— Точно знаешь? — первый наколол на вилку кусочек селедки, поелозил по тарелке, собирая растительное масло, бросил в рот, капля упала на рубаху жирным пятнышком.
— Дело верное, — второй на первого смотрел с едва угадывающейся брезгливостью. — В среду после двух, аккурат перед днем зарплаты. Утром деньги увезут на фабрику с вооруженным конвоем, а до этого они будут в банке лежать.
— С чего поменяли? Слушок пошел, что неспокойно тут, и осторожничают. Стукач где-то сидит, я чую.
— Да говорил ты уже.
— Зуб даю, Бритва не просто так на засаду мусорскую напоролся, пропал ни за что.
— Случаем твой Бритва попал, по нему давно уже кичман плакал, — третий повертел в руках хрустальный фужер со щербиной на ножке. — Какой-то фраер залетный его подрезал. Что мы имеем?
— Восемьдесят тысяч в ассигнациях, — второй зачерпнул ложечкой икру. — В самый раз для всей мануфактуры. Инкассаторы будут с усиленной охраной, на этот раз минимум шестеро, из ГПУ, двое в первой машине вместе с кассирами, четверо в другой. Кассу-то сняли на прошлой неделе, все отправили в Москву, да поторопились, плата с местных буржуа собирается плохо, с оттягом.
— Загибается нэпман, — подтвердил первый. — Нет уж того коленкора.
— Ты, братец, нам двоих людей надежных обеспечь, — с нажимом сказал третий, — делить будем, как договаривались, по-честному — три четверти нам, четверть вам. Когда только деньги привезут, нападать резона нет, уж больно охрана серьезная, а вот как наличман в банке уляжется, а московские обратно уедут, тогда и возьмем.
— Никак стены взрывать придется? — забеспокоился первый. — Атас будет на весь городишко, мусора тут же прискачут с легавыми.
— Тихо все пройдет, — успокоил его третий. — Задача людей твоих на стреме постоять, как сигнал увидят — вынести мешок с мелочью, да подрезать его чуток, чтобы след ложный обеспечить. А мой человек деньги бумажные заберет, а на следующий день твою долю тебе отдаст.
— Без палева? Как он тяжесть такую один вынесет?
— Слово даю. Или ты мне не веришь?
— Ты ж жиган авторитетный, как не поверить, — расплылся первый в улыбке, налил себе полный фужер водки, залпом выпил.
— Что копейки?
— Их куда?
— Себе забери, за труды, — махнул рукой второй, своим ответом окончательно успокоив первого. — Но смотри, если кто из твоих проболтается или потом начнет фраером тут петушить, ты нас знаешь, мы это так не спустим.
— Вестимо знаю, — кивнул первый. — А этот ваш деловой, он с нами пойдет?
— Нет, — третий чуть заметно вздохнул.
