В романе "Успеть сказать люблю" мы попадаем в мир искренних чувств, смеха и слез. Яркая рыбачка Соня и драматичный Джой создают атмосферу череды трудностей и щемящей романтики. Здесь каждый главный момент — это как струна в гитаре, задевая сердце читающего.
«Клизмы» — а судя по всему, это были именно они — ненадолго замолчали. А потом более темненькая и плотная телосложением вытянулась по стойке «смирно» и отрапортовала.
— Мы новую песню выучили!
— Ксю!!! — взвыл Костя, обратив обвинительный взгляд на симпатичную шатенку в цветастом платье. Та виновато развела руки, ничуть не виновато при этом улыбаясь.
- Ты же нас послушаешь? — вторая, чуть светлее и худее, уставилась на Костю умоляющим взглядом. Против этого их любимый дядя не смог устоять.
— Куда я денусь? — буркнул подчеркнуто мрачно.
— Два! — пискнула более светлая.
— Три, — басовито поправила ее сестра.
Константин мученически вздохнул и сложил руки на груди.
Девочки встали рядом, выровняли носки туфель по одной линии, потом та, что темнее, красивым, практически дирижерским жестом взмахнула рукой, и на счет три они запели."
"Аня замерла. Голоса у девочек были чистые и звонкие, пели они с воодушевлением и попадая в ноты. А уже выбор репертуара… любимая песня гвардии старшины Ивана Шевцова, которую он пел в хорошем настроении, за работой и вообще — по любому поводу и когда было настроение для песни.
— А солдат попьет кваску, купит эскимо… — старательно выводили девочки.
Костя стоял радом, слушал и уже не прятал улыбку. И было совершенно очевидно, что между этими тремя — большая любовь. Какая-то своя, своеобразная, но искренняя. И от этого Анне тоже хотелось улыбаться. И почему-то немного щипало в глазах.
Поэтому Аня принялась изучать остальных членов семьи Драгиных, пользуясь тем, что они были заняты концертом.
— Было четыре куплета! — прервал Анины наблюдения и размышления возмущенный возглас Кости.
— Мы просто последний раз припев два раза спели! — парировала более темненькая — Катя.
— И кто вас только такой арифметике выучил? — покачал головой Константин
— Нормальная одесская арифметика, — ухмыльнулся отец девочек.
