В романе "Успеть сказать люблю" мы попадаем в мир искренних чувств, смеха и слез. Яркая рыбачка Соня и драматичный Джой создают атмосферу череды трудностей и щемящей романтики. Здесь каждый главный момент — это как струна в гитаре, задевая сердце читающего.
— Ко-о-о-сть… — потянула дядю за рукав рубашки более светленькая, Лиза. — А что ты нам подаришь за песню?
— О, а вот и чисто одесский торг начался, — развеселился Константин. — И чего вы хотите, музыкальные вы мои?
— Слона! — восторженно пискнула Лиза.
— И зайца! — басовито дополнила Катя.
— А, это! — с облегчением выдохнул добрый дядя. — Это вам не ко мне, девочки. Зайца и слона в прошлый раз вам выиграла Аня.
Взгляды девочек сначала с недоумением, а потом с надеждой уперлись в Аню. Она прыснула.
— Как выиграла? — нахмурила темные брови Катя.
— А вот так! — закивал Костя. — В тире выиграла. И зайца, и слона, и еще кучу всего. Весь тир обчистила.
— Костик врет, — лениво проговорил Семен. — Он просто не хочет делать вам подарок.
— Ничего подобного! — возмутился Константин. — Анют, подтверди!
Глаза всех членов веселого семейства вперились в Аню. Она улыбнулась на всякий случай.
— Это правда.
— Ого, — присвистнул Семен Семеныч. Его отец, Семен Константинович, внимательно и изучающе смотрел на Анну.
— Я хорошо стреляю, — она пожала плечами. — Значкист ГТО.
— Значок Анюта просто не приколола, — Костя покровительственно обнял ее за плечи. — А папа у нее член ДОСААФ. А дед — Ворошиловский стрелок.
Они слово в слово повторили свой диалог теперь уж и не вспомнить — какой давности. Словно репетировали.
Старшие Драгины, отец и сын, переглянулись и синхронно оттопырили большие пальцы. А потом Семен Константинович спохватился.
— Так, заканчиваем концерт! Вон, «Адмирал Касатонов» уже показался!
И они дружно отправились к парапету — смотреть парад кораблей на Неве.
* * *— Ну все, допрыгался наш зайчик, — Мария Игнатьевна с удовлетворенным вздохом похлопала мужа по руке. — Попался.
Семен Константинович проследил за взглядом супруги.
— А ты не торопишься с выводами, матушка? — капитан Драгин полез за платком, вытер лоб и шею. Жаркий июль нынче, даже близость реки не спасает.
— Думаешь, тороплюсь? — переспросила супруга.
