"
"– Я понимаю, что вам, подследственный Гудимов, не хочется признаваться в том, что вы являетесь шпионом и предателем Родины… И вы в этом не признаетесь… Или признаетесь?
– Я никогда не был шпионом.
– Но в плену-то у немцев вы были?
– Не был.
– Пять раз были на территории, занятой врагом, и ни разу не были в плену… Так не бывает.
– Четыре раза, – поправил Артем. – Что, четыре раза были в плену?
– Нет. Четыре раза был на оккупированной территории. Но я же летчик, меня сбивают…
– На данный момент не имеет значения, кто вы такой, летчик или наводчик… Наводчиком вы стали потом, да? Сначала вы попали в плен, а потом стали наводчиком…
– Я не понимаю, о чем вы говорите, – нахмурился Артем.
– Сейчас поймете… В июне сорок первого года вы попали в плен к немцам. Там в отношении вас была проведена удачная вербовка, вам была присвоена агентурная кличка… Какая кличка была вам присвоена?
Вопрос прозвучал как хлопок бича. Артем поежился. В классе полуразрушенной школы было холодно. Заделанные фанерой окна были плохой защитой от ледяного ветра. Железная печка давала больше дыма, чем огня. Но полковнику хоть бы хны. На нем овчинный полушубок. Артем же в одной гимнастерке. Пока что при шпалах и наградах, но уже без ремня.
– Не был я в плену у немцев. Никто мне ничего не присваивал…
– А как же последнее ваше проникновение в тыл к немцам. Вы связались со своим руководителем, передали ему информацию о дислокации военных аэродромов…
– Это не было проникновением в тыл. Я попал в зону боевых действий. Принял бой, в результате которого уничтожил четыре единицы личного состава…
– А сами остались живы? – усмехнулся полковник. – Вы прямо герой какой-то…
– Не какой-то, а Герой Советского Союза, – сверкнул взглядом Артем.
– Ну в воздухе, вы, может, и герой, а на земле…
– На земле я захватил немецкий самолет…
– Да, я знаю, – поморщился полковник. – Техника секретная…
– Вот видите, вы все сказали… А что касается моего последнего падения на территорию врага, вы можете спросить у капитана Ковальчука. Он все видел…
Артем назвал армию, полк. Чекист записал данные без видимой охоты. Уж очень хотелось ему разоблачить шпиона.
Но разоблачение не состоялось. Особисты разыскали капитана Ковальчука, тот подтвердил, что после приземления Артем вступил в наземный бой с врагом. И захваченный им секретный «Густав» опровергал все подозрения на его счет.
Полковник был раздосадован. Внешне это, может, и не проявилось. Зато выразилось в приговоре военного суда. И в дальнейших действиях.
По приговору трибунала за покушение на жизнь своего командира Артем был разжалован в рядовые, лишен права ношения боевых наград.