Свою вину перед Родиной он должен был искупить службой в переменном составе штрафного батальона сроком на два месяца.
Артем знал, что для летчиков существует особая штрафная эскадрилья. Машины старые, боевые вылеты в зачет не идут. Штрафных летчиков посылали на самые трудные участки фронта. Прикрытие переправ на Волге, штурмовые атаки аэродромов противника, скоплений танков. И так до первого ранения… Что ж, пусть будет так, лишь бы летать…
Да, его посылали в штрафную эскадрилью, а не батальон. Ведь он боевой летчик, ас, но Герой Советского Союза. Председатель трибунала должен был понимать, что разбрасываться хорошими летчиками нельзя…
Но, увы, надежды Артема не оправдались. То ли там, наверху, кто-то бросил в него камень в наказание за сына секретаря ЦК партии, то ли раздосадованный полковник дернул за какой-то рычажок. Так или иначе, Артема отправили в самый настоящий штрафной батальон, находившийся в распоряжении даже не Сталинградского, а Донского фронта.
На этом фронте действовала 16-я воздушная армия, но командованию этого объединения не было известно, что в состав штрафного батальона зачислен бывший подполковник, бывший Герой Гудимов. И генерал Хрюкин его не выручал. Возможно, в результате чьих-то происков он просто-напросто потерял Артема из виду…
Глава двенадцатая
Январь 1943 года.Штрафная рвота.Январь, снег, лютый мороз, ледяной ветер, продирающий до костей. Артем трясся в бортовой полуторке. Офицерская форма заменена бэушной солдатской. Вшивая телогрейка с зашитой дырочкой напротив сердца. Видимо, ее сняли с убитого солдата, выстирали и перевели в третью категорию бывших в употреблении вещей. На ногах холодные брезентовые сапоги. Чтобы хоть как-то удержать тепло, поверх портянок ноги были обмотаны технической бумагой. Вместе с Артемом в грузовике тряслись четыре таких же штрафника, как он. Бывших офицеров среди них не было.
Он помнил, как летал на «ишаках» в свирепые финские морозы. С ума можно было сойти от холода, до аэродромов еле дотягивали. Но сейчас было еще холодней. Артем не верил, что доедет до расположения штрафбата живым.
И все же доехал. С трудом перевалился через борт, упал на землю. Его трясло как в лихорадке. До жути хотелось добраться до железной печки или просто до костра. Вопрос жизни и смерти. Еще его мог спасти горячий чай…"
"Это был какой-то рабочий поселок. Длинные некогда жилые бараки в ряд, большей частью разрушенные, небольшие кирпичные здания. Частью разрушенные, частью целые вышки, местами разорванная колючая проволока… Нет, это был не поселок. Чуть позже Артем узнал, что штрафная часть размещалась на территории бывшего лагеря для уголовников. При немцах этот объект использовался как пересыльный пункт для военнопленных.