История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
Раздел Chitat.online для книги «Утомленное солнце» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Подхватили на руки и давай качать. Да еще и с радостными воплями…
Артем отыскал взглядом женщину с погонами майора. Самая старшая по званию. И симпатичная. Большие карие глаза, широкоскулое лицо, тугие косы уложены в прическу. На вид года двадцать два–двадцать три. Молодая. Но наверняка заслуженная. Наверняка под шинелью ордена. А под ними… Артем поймал себя на мысли, что его волнует то, что под орденами… Да, весна наступает, а война заканчивается. Живое тянется к живому…
– Полковник Гудимов! – представился он. – Там моего товарища сбили, – показал он в сторону, куда должен был упасть Алексей.
– Мы все видели, – улыбнулась майор. – И как немца били. И как сами падали… А за вашим товарищем уже выехали…
– Спасибо.
– Я вам честно скажу, товарищ полковник, мужчин мы не жалуем, – сказала она. – Но вы – особый случай. Вы нас от «мессеров» спасли…
– От «фоккеров», – поправил Артем.
– А нам ночью что «фоккер», что «мессер» все одно… Видите, товарищ полковник, как мы живем? Нормальные советские женщины по ночам с нормальными советскими мужчинами спят, а мы по ночам в гости к немцу ходим…
Кто-то из девушек прыснул в кулак, кто-то заулыбался. И только одна оставалась серьезной. Она появилась только что. Артем скользнул по ней взглядом. И вздрогнул. Перед ним стояла Римма. Губы поджаты, глаза сощурены. Но это ее ничуть не портит. Она осталась такой же красивой, как и была. Нет, еще красивей. Совершенная красота зрелой девушки. В тридцать девятом ей было четырнадцать. Сейчас все двадцать. И выглядит она на столько же. Молодая, свежая, красивая. И волнующая…
Зато война добавила ей звездочек на погоны. Артем не знал, в каком звании она закончила училище. Но сейчас у нее на погонах по четыре звездочки. Капитан Бахметьева.
Он подошел к ней, остановился в нерешительности. Молча протянул ей обе руки.
Но Римма даже не шелохнулась. Стоит насупившись. Только губы и ресницы подрагивают…
– Товарищ полковник, так у нас не принято! – окликнула его майор.
Артем вздрогнул, убрал руки. И Римма как будто очнулась от забытья. Посмотрела на свою начальницу:
– Тамара, это же Артем…
Как будто какой-то пароль назвала. Майор сразу все поняла. Многозначительно протянула:
– А-а…
Она первой направилась к штабу, за ней устремились другие. Девушки понимающе улыбались.
Артем и Римма остались на взлетной полосе. Им сейчас ни до кого и ни до чего не было дела.
– Тамара все знает… – дрогнувшим голосом сказала она.
– Что она может знать? – непонимающе спросил Артем.
– Про нас с тобой…
– Про то, как ты на меня спорила?
Римма удивленно повела бровью. Затем поняла, спохватилась:
– Ах, да…"
"– Ни с кем ты не спорила, – улыбнулся Артем.
И тут же нахмурился.
– Ты про брата своего знаешь? – через силу выдавил он.
– Знаю. Похоронка была.
