Рождённые для полетов, мы стремимся к небесам с пламенным мотором в сердце и рукоятками стальных крыльев. Воздушный парад на Тушинском аэродроме в июле 1939 года — это событие, ожидаемое и торжественное, наполненное спокойствием границ и стремлением к вершинам.
Он уже догадывался, что никто не придет к нему на помощь. Не было у Красной армии сил, чтобы прогнать врага с советской земли и бить его на собственной территории.
Артем Гудимов еще не знал всех масштабов катастрофы. Но уже понимал, что вперед идти нет смысла. Нет уже в районе Гродно боеспособных военно-воздушных частей, в состав которых он мог бы влиться. Нужно было идти назад, в сторону Минска. Но командир сводного отряда уже принял решение присоединиться к роте старшего лейтенанта Березко в качестве отдельного офицерского взвода.
Ему вручили винтовку одного из убитых красноармейцев, три обоймы к ней, две противопехотные гранаты, саперную лопатку. Плюс к этому он имел личное оружие – пистолет «Тульский Токарев». В летном училище они проходили курс общевойсковой подготовки. Учились стрелять из винтовок, кидать гранаты, ставить мины, рыть окопы. Им преподавали тактику оборонительного и наступательного боя. Сейчас эта наука должна была ему пригодиться.
Он ожидал встречи с танками и пехотой. Но на позиции роты обрушились германские самолеты. Они заслонили собой солнце, как будто на землю надвигалась грозовая туча. Это были тяжелые истребители-бомбардировщики «Ме-110». Усиленное бронирование, бомбодержатели, две тридцатимиллиметровые пушки, четыре пулемета. Артем слышал про эти машины, видел их на фотографиях, но вживую имел с ними дело впервые.
Хотел бы он сейчас оказаться на «ястребке», чтобы бить этих бронированных монстров с воздуха. Но, увы, сейчас он на земле. И у него нет никакой возможности дать отпор фашистским бомбардировщикам. С винтовкой и пистолетом с ними не повоюешь. Артем успел углубиться в землю всего лишь на два штыка лопатки. Поэтому сейчас он мог надеяться только на чудо. Мастерство пилота и сила оружия его не спасут…
Штурмовики с ревом пикировали на позиции окопавшейся роты. Это был какой-то кошмар.
«Мессершмиты» сбросили бомбы, взмыли в воздух, развернулись по среднему кругу и снова на боевой заход. На этот раз они ударили из своих скорострельных пушек.
