Рождённые для полетов, мы стремимся к небесам с пламенным мотором в сердце и рукоятками стальных крыльев. Воздушный парад на Тушинском аэродроме в июле 1939 года — это событие, ожидаемое и торжественное, наполненное спокойствием границ и стремлением к вершинам.
Влада расценит его сдержанность как малодушие, и тогда он ее просто-напросто потеряет.
– И как найти мне этого Захара? – спросил он.
– Я не знаю… – пожала плечами Влада. – Где-то рядом… Кажется, в соседнем дворе.
– Ладно. Ты со мной не иди. Дома меня жди!
Не прощаясь, он повернулся к ней спиной и уверенной поступью вышел со двора. В подворотне его никто не ждал. А жаль…
Соседний двор являл собой полную противоположность тому, где жила Влада. Грязный захламленный. Ребятня гоняет колесо, прикрученное к палке, пацаны постарше гурьбой копошатся возле допотопного мотоцикла.
– Огоньку не найдется!
– Чего? – опешил Артем.
– Да шучу я! – засмеялась девчонка.
Смех звонкий, озорной. Роковая кокотка растворилась в нем без остатка. Сейчас на Артема смотрела самая обыкновенная девчонка. И когда она перестала смеяться, на щеках выступила краска.
– А вы подумали, что я курю? – вымученно улыбнулась она. – Нет, я не курю. И никогда не курила… А вы красный командир?
– Нет, пока что курсант.
– Значит, будете командиром… А я Римма.
– Очень приятно. Артем.
– А вы кого-то ищете?
– Разве?
– Ну да, я же вижу, что вы кого-то ищете…
– Да, ищу. Мне нужен Захар…
– Захар?! – загадочно улыбнулась Римма.
– Да, Захар. Фамилии, к сожалению, не знаю. Но знаю, что у него шрам на правой щеке… Вы знаете такого?
– Допустим.
– Поговорить надо.
– Его сейчас нет дома. Но здесь сквер неподалеку, Захар сейчас там, с друзьями… Хотите, провожу?
Артем кивнул. У него не было никакого желания общаться с Захаром в присутствии его дружков. Но и отступить он не мог. Взялся за гуж – вперед…
– Тогда подождите, я сейчас…
Римма весело улыбнулась и направилась к своим подружкам. А те смотрят на Артема во все глаза, хихикают.
