Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Она была заперта в своей спальне.
Вскоре на лестнице в сопровождении инспектора появилась дрожащая Анна Гасснер. Волосы ее были всклокочены, лицо в пятнах и грязных потеках, из глаз неудержимо катились слезы.
– Слава Богу, – говорила она. – Слава Богу, вы пришли!"
"Мягко поддерживая ее под локоть, инспектор подвел ее к группе, стоявшей посреди огромной гостиной. Когда Анна Гасснер подняла глаза и увидела своего мужа, она начала пронзительно кричать.
– Все в порядке, фрау Гасснер, – попытался успокоить ее майор Вагеман.
– Мои дети! – визжала она. – Он убил моих детей!
Макс следил за выражением лица Вальтера Гасснера. Взгляд его, обращенный к жене, был полон боли и безысходности. Сам он выглядел подавленным и лишенным всяческих признаков жизни, живым трупом.
– Анна, – прошептал он. – О, Анна.
– Вы имеете право не отвечать на наши вопросы и потребовать своего адвоката, – сказал ему майор Вагеман. – Но в ваших же интересах оказывать нам всяческое содействие.
Вальтер даже не слушал его.
– Зачем ты их позвала, Анна? – умоляюще обратился он к жене. – Зачем? Разве нам было плохо вместе?
– Дети мертвы! – кричала Анна. – Они мертвы!
Майор Вагеман посмотрел на Вальтера Гасснера и спросил:
– Это правда?
Вальтер утвердительно кивнул; глаза его напоминали глаза глубокого старца, побежденного жизнью.
– Да... Они мертвы.
– Убийца! Убийца! – закричала его жена.
– Мы бы хотели, чтобы вы показали нам их тела, – сказал майор Вагеман. – Надеюсь, вы не откажетесь сделать это?
И вдруг Вальтер Гасснер заплакал, размазывая слезы по щекам.
– Где они? – спросил майор Вагеман.
Вместо Вальтера ответил Макс:
– Дети похоронены на кладбище Святого Павла.
Все, кто был в гостиной, разом повернули головы к Максу.
– Они умерли при рождении пять лет назад, – пояснил Макс.
– Убийца! – снова завопила Анна Гасснер, обернувшись к своему мужу.
И все увидели мелькнувшее в ее взгляде бешенство.
Глава 51
Цюрих
Четверг, 4 декабря – 20.
Холодная зимняя ночь наступила сразу, погасив едва занявшиеся коротенькие сумерки. Мягкой белой пудрой, тотчас подхватываемой ветром и разносимой по улицам города, посыпался снег. В административном здании «Роффа и сыновей» освещенные окна опустевших кабинетов плыли в темноте, словно многочисленные бледно-желтые луны.
Элизабет допоздна засиделась в своем кабинете, так как Рис уехал в Женеву на совещание и она с минуты на минуту ждала его возвращения.
