— Воображаешь, что у меня недругов, как колосьев в поле? Но я не могу никого больше назвать. А как насчет тебя? Ты глубоко страдал бы, если бы свадьба не состоялась?
Его слова явно застали Гая врасплох. Он растерянно огляделся.
— Знаешь, мне это даже в голову не приходило, но ты прав. Я подумаю. В отличие от тебя я нажил за эти годы множество врагов.
Вулфрик с сомнением воззрился на отца:
— Множество? Ты? Это когда твоя честь настолько чиста и незапятнанна, что только глупец способен в этом усомниться?
— А я и не утверждал, что мои враги благородны, — ухмыльнулся Гай. — Далеко не так. Люди, лишенные совести, имеют причины бояться и чернить меня, а обличенные в предательстве и подлости жаждут мести… Если им удается избежать виселицы, разумеется. Но я желаю и требую, чтобы в отношении Милисент были приняты не просто меры предосторожности, но самые строгие меры. Кого ты приставил ее охранять?
— Ты шутишь? Впрочем, мать не отойдет от Милисент и со всем усердием будет выполнять свои обязанности, тем более что считает ее своей дочерью.
— Все входы и выходы из замка охраняются, отец. Милисент не выйдет из башни без моего ведома.
— Ей это не понравится, — предсказал Вулфрик.
— Возможно, но ничего не поделаешь.
— В таком случае сам и скажи ей об этом, когда время придет, — ухмыльнулся Вулфрик.
Обитатели замка стали собираться за расставленными по залу столами. Стол на возвышении, предназначавшийся для хозяев и их гостей, был по-прежнему пуст. Те, кто за ним обычно сидел, ждали, пока лорд Гай займет свое место. Но тот все еще о чем-то тихо совещался с сыном.
Милисент заметила приближавшуюся леди Энн, которую то и дело донимали вопросами слуги. Оставалось надеяться, что леди не взбрело в голову снова трещать о свадебных приготовлениях. Девушке так и не суждено было узнать, что понадобилось хозяйке: та, наконец освободившись, круто изменила направление и позвала мужа обедать.
Оставшись в одиночестве, Вулфрик обратил взор на невесту, но, прежде чем успел шагнуть к ней, Милисент схватила сестру за руку и потащила к столу. Там уже сидело довольно много народу, но Милисент ухитрилась отыскать узенькую скамью, где места оставалось как раз на двоих. Ее совсем не заботило, что скажет Вулфрик, если увидит, как она всеми силами старается его избегать.
— Что ты вытворяешь? — прошипела Джоан, когда Милисент подтолкнула ее к скамейке.
— Стараюсь сделать все возможное, чтобы он не сумел поговорить со мной наедине.
