Словно из зазоров плоти и кости вырывается сердитый рык природы — холодный дождь барабанит по штанинам, ветер обнадеживает холодом в лицо. Я тащу за собой грязные следы бегства, ноги сухие ветки цепляются и режут кожу. Каждый шаг уносит меня дальше от того, что ждёт за поворотом, но я продолжаю бежать — за жизнью. Лабиринт звёзд на небе становится все более неясным в тёмной ночи, рев молний омывает весь пейзаж вокруг меня....
Серые глаза пристально осмотрели спящую в авто-люльке Полину, затем обратились ко мне и столь же пристально осмотрели меня. Потемневший взгляд задержался на пластырях на ноге, затем вновь вернулся вверх, пробежавшись по черному шелковому халатику, в котором я и уснула, перед тем как стать разбуженной пожаром.
— Арчи, — обратился к нему Дэн, выйдя из автомобиля. — Мы сами нихрена не поняли…
— Не поняли? — прорычал Артур, схватив парня за грудки. — Я нахрена вас поставил к ним в охрану? Чтобы вы местных трахали или друг друга, вместо того, чтобы делать свою работу?
— Успокойся, блять! — рыкнул ему в ответ Дэн и сбросил руки Артура.
Начал было парень объясняться, но точный удар прямо в челюсть заставил его замолчать.
Как есть — босиком — выскочила из внедорожника, обежав его, встала между Дэном и Артуром, толкнув последнего в грудь.
— Если хочешь дать кому-то по роже, то дай, прежде всего, себе, — прошипела ему в лицо, чтобы не разбудить спящую дочку. Злость в серых глазах сменилась удивлением.
— Пока я не разберусь со всей этой хренью, ты будешь жить у меня, — отрезал Артур и сделал решительный шаг ко мне.
— Хрена с два! — парировала я и снова толкнула его в грудь, когда он оказался слишком близко. — Чтобы нас быстрее нашли и кучкой расстреляли из одного пистолета?
— Успокойся, твою мать! — прошипел Артур и подхватил меня на руки, крепко к себе прижав. Положил руку мне на затылок таким образом, чтобы наши лбы соприкасались.
Ладонями ощутила, как бешено бьётся в груди его сердце, в такт моему. Его горячее дыхание на моих губах и этот запах моего личного дьявольского сумасшествия, смешанного с адреналином и адским притяжением между нами.
— Почему в машине автолюлька? — спокойно задала терзающий меня вопрос.
