Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
- Утихни, ты сейчас свернешь себе шею, - низко и спокойно проговорил он, легко сминая мое сопротивление, перехватывая одной рукой поперек тела так, что не шевельнешься, а второй приподнимая за подбородок невыносимо властным , хозяйским таким движением, - кошка глупая…
Я замерла, глядя в его глаза, которые теперь, без отражения огней в зрачках, в полутьме комнаты казались черными и гипнотическими. Дьявольскими.
Подполковник наклонил голову, и я поняла, что он хочет сделать. Сердце зашлось диким стуком, горло пересохло.
- Вы не смеете… - прошептала прямо в губы за мгновение до того, как он меня поцеловал.
И в этот раз это было совсем не так, как во сне, который оказался реальностью. Нет! Гораздо ярче, гораздо грубей. И гораздо безумней.
По крайней мере, с ума успела сойти. Потому что не сопротивлялась. Вцепилась в края покрывала до боли, не в силах вытащить руки, настолько крепко он прижимал меня, дернулась пару раз бестолково, как птица в силках, спелёнатая проклятой мягкой тканью и его лапами, и… Позволила себя целовать.
Так, как ему, жестокому каменному истукану, хотелось.
Жадно, долго, с яростью и прикусыванием. Нисколько не нежно, а словно вымещая на мне свою злость. Ненависть даже. Я весь спектр ощущала, погружаясь в него вместе с этим темным зверем, заставляющим испытывать то же, что и он.
Отстраниться никак не могла, подполковник перехватил меня за затылок, фиксируя жестко и умело.
Голова кружилась, кажется, даже сильнее, чем во сне, до этого.
Я буквально потерялась в происходящем безумии, а подполковник, пользуясь моей растерянностью, только усиливал напор.
Чувствовалось, что он тоже потерял контроль над ситуацией, как и я.
Чувствовалось, что вместе мы точно справиться с этим сумасшествием не сможем.
Не каждый поцелуй заканчивается...
То, что с этой кошкой зеленоглазой будут проблемы, я понял сразу. Наверно, на подсознательном уровне, еще тогда, когда первый раз увидел.
На снежной, окропленной кровью поляне, в свете автомобильных фар.
Отметил про себя основные моменты: отчаянные глаза без страха, тонкие пальцы рук без дрожи, напряженную фигуру, готовую к обороне. И к нападению.
Отметил подсознательно… И все.
