Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
По крайней мере, когда я на попутке добралась в город, оказавшийся совсем недалеко, буквально полчаса спокойной езды по трассе, то никто меня не искал.
Собственно, ничего удивительного. Слишком незначительная фигура."
"Я поблагодарила водителя, толстого веселого дядьку, рассказавшего мне за полчаса совместной дороги всю свою немудреную биографию, от рождения до трех внуков и четвертого на подходе.
Дошагала до неприметной в ряду таких же пятиэтажки на окраине города, окнами выходящей на частный сектор. Оглянувшись, прошмыгнула в проулок между двумя заборами к заброшенному строительному вагончику.
Ключ от вагончика нетронутым лежал в щели между железными пластинами обивки. А, значит, никто на наше с Максиком добро не покусился.
Я отперла замок, зашла.
Огляделась, выдыхая немного.
Наша заначка, не нз, нет. Нз у нас в другом городе, до которого два дня ходу. Но зато там оно не как здесь, а очень даже основательное. Объемное. И с каждым удачным делом становящееся еще объемнее.
А здесь у нас был маленький схрон, как всегда, на случай непредвиденных ситуаций.
Мы все время так делали в новом городе.
На всякий случай.
Когда уезжали, все забирали. Ни разу не пригодилась наша предусмотрительность.
Но все бывает в первый раз, правда?
Деньги я оставила Максику, забрала документы. Практически настоящие. По крайней мере, летать с ними можно было без проблем.
Черкнула брату записку, немного поплакала, не без этого.
Но в истерику не впадала.
Смысла не было.
Все решила, чего истерить?
Максик найдет записку обязательно, но потом, когда уже все сделаю. Конечно, не обрадуется, он всегда говорил, что я – единственное его светлое пятно в жизни.
Ну ничего. Пятна – они такие. Запачкать могут.
А я не хотела, чтоб брат еще и об это пачкался. Это – моя грязь. Мне в ней и тонуть.
Посидела еще немного, выдыхая и окончательно выстраивая в голове свой немудрящий план.
И удивляясь, как все легко получается. Как в голове все складывается правильно?
Наверно, где-то на подсознательном уровне, я уже проделывала эту работу, уже прикидывала, как правильнее действовать, к кому пойти, что говорить.
И чем все закончится.
Просто себе не признавалась до конца, не циклилась. До поры до времени. До удобного случая.
Ну вот и он и получился.
Все, так, как надо.
Уперлась затылком в холодную стену бытовки, закрыла глаза, позволив себе еще секунду слабости.
Памяти.
У меня, в принципе, были очень хорошие воспоминания.
